Возвышение Меркурия. Книга 2

Сандал молча кружил в стороне, разглядывая бойцов противника. Ястребу очень сильно не понравился намёк на то, что его заметили, так что практически непрерывно передавал мне мысль о том, чтобы убить их всех.

Мечом со мной поделился один из младших охранников Волконского. Тоже Одарённый, только вот по уровню силы, приблизительно соответствующий бойцам Бульдога. То есть Десятник.

Для поединка очертили большой круг, который занял почти весь центр крыши и мы встали с разных его сторон. Что символично, за моей спиной оказалась только та самая пара клиентов с кружками пива. Все остальные предпочли собраться позади Виталия.

Перед тем, как шагнуть в круг, парень демонстративно достал из кармана браслет Защитника и надел на левую руку. Он собирался меня удивить? Там ведь точно такой же цвет, как у моего.

Пожав плечами, повторил процедуру, заставив титулованного дворянина озадаченно нахмуриться. Потом влил ещё немного силы в кольчугу и подбросил меч, поймав его в воздухе. Крутанул восьмёрку, оценивая баланс. Для пробы добавил в него немного силы. Не самая плохая работа. Да и сталь приемлемого качества. Пожалуй, ничуть не хуже того оружия, что я нашёл в Пробое.

Я тоже перешагнул черту круга и за спиной Виталия зазвучал голос того Одарённого, что вместе с ним поднимался на второй этаж.

— Глеб Маратов, наблюдатель со стороны светлейших князей Волконских. Наблюдатель второй стороны отсутствует, за неимением достойного. Да начнётся поединок.

Вот про наблюдателей с разных сторон они даже не говорили. В выдержках из дуэльного кодекса, который я читал, такие упоминались, но по контексту было не совсем понятно, о ком идёт речь — обычных зрителях, что следят за поединком или людях, которых в нём фактически участвуют.

Спустя секунду противник двинулся вперёд, осторожно смещаясь ближе и я переключился на процесс схватки. Пожалуй, подготовлен он неплохо. Точно лучше, чем Голицын, который своими движениями напоминал неуклюжую черепаху."

"Секунд десять мы присматривались друг к другу. Потом он нанёс первый удар, от которого я легко уклонился. Точно так же ушёл от второго. Да, пришлось напитать тело силой, чтобы оно выдержало перегрузки и позволило использовать технику, которая была вбита в разум ещё давным давно. Но это того стоило — после третьего промаха лицо Виталия стало пунцовым и он взорвался целой серией ударов, пытаясь оттеснить меня к краю импровизированной арены.

Затея не удалась — я выскользнул из под стального вихря его клинка и остановился в паре метров правее, изображая на лице улыбку.