Возвышение Меркурия. Книга 2

— Сколько будет стоить быстрый вариант? И в чём именно была срочность нашей встречи?

Юрист снова поморщился и на этот раз надолго задумался, рассматривая интерьер своего же кабинета. Наконец вернул взгляд на меня.

— В обычных обстоятельствах, я бы назвал сумму в четверть миллиона, с учётом моего личного участия. Или сто пятьдесят тысяч, если дело будет вести кто-то из поверенных.

Сандал заклекотал, возмущаясь грабежом, а я вопросительно поднял брови, намекая на продолжение диалога и Бельский усмехнулся.

— Проблема в том, что твоё дело никак не тянет на обычное.

Поняв, что на этот раз адвокат и правда прервался, я решил подстегнуть его красноречие.

— Почему? Считаете дядю убили?

Секунд десять он молчал, пристально смотря на меня. Потом принялся перечислять."

"— Имеется сразу целый набор факторов. Во-первых, мы имеем странное самоубийство Романа Афеева, причины которого кажутся весьма сомнительными. Во-вторых, ещё этим утром мой контакт из земельного министерства сообщил, что поместье под Уральском и родовая усадьба на Амуре не находятся под внешним управлением. Теперь же клерк на больничном и с ним нет связи, а по бумагам, они уже почти год, как под контролем концессии и генерал-губернаторства.

Вот это уже были интересные новости. Что такого есть на этих землях, раз империя решили подмять их под себя? Или это не сама империя, а кто-то конкретный, использующий её аппарат?

— В-третьих, ты сам. Студент второго курса, который только закончил гимназию и раньше ничем особенным не выделялся. Теперь же задираешь князей, каким-то образом стал Защитником десятого класса и оплачиваешь услуги одного из самых дорогих адвокатов столицы.

Резоны выглядели вполне логично. Более того — с моей точки зрения, вся эта возня вокруг наследства смертных, тоже была непонятной. Земли очень долго стояли без дела, а потом вокруг них вдруг начало происходить нечто непонятное.

Хотя, тут скорее всего дело было во мне. Не возникни моя фигура на горизонте, дядя Афеева спокойно получил бы всё это в собственность и стал главой рода. После чего наверняка продал почти всё, даже не посещая свои новые владения. А письмо то он как красиво сформулировал. Указал один дом под Петербургом, добавив приписку про «остальную собственность». Правда, я бы не сказал, что это ему помогло.

— Меня пытались принести в жертву. Да вы и сами знаете. После такого люди склонны меняться.

Мужчина внезапно усмехнулся.

— Бывает такое, согласен. Проблема в том, что ты используешь фразу «люди склонны меняться», причём произносишь её так, как будто отделяешь себя от всего другого человечества.

— Глупый смерр-р-ртный!

Выкрикнувший фразу Сандал, захлопал крыльями, а я пожал плечами.