Возвышение Меркурия. Книга 11

С местами, куда притягивались души, всё было несколько проще — до них требовалось всего лишь долететь. Как и до осколков моей «искры», что находились около Мраморного моря. Тогда как франки станут задачей, в решении которой придётся поучаствовать всему роду.

Закончил я раздачей конкретных указаний, загрузив каждого из членов свиты работой. А когда смертные принялись покидать гостиную, откинулся на спинку стула и обратился к Мьёльниру.

— Что ты там говорил о плетениях?

Спутник чуть помедлили с ответом, после чего уточнил.

— А мне исс-с-спекут торт? Башенный!

Выдохнув, проводил взглядом Кристину, которая на момент притормозила около выхода из комнаты, но чуть помедлив, всё-таки пошла дальше."

"— Тут наверняка есть кондитерские, так что его можно заказать. Но не за информацию, а исключительно из-за моей доброты.

Живой камень с лёгкой обидой фыркнул.

— Всс-с-сего один торт. Это немного.

Секунду помолчав, добавил.

— Посс-с-смотри на плетения артефактов ещё раз. Они не такие, как все другие.

До Кремля отсюда было около километра, но я легко дотянулся до его стен, используя Сандала в качестве промежуточного звена. И удивлённо хмыкнул.

Мьёльнир был прав — схемы, что были заложены в артефакты крепостных схем, отличались от тех, что я видел раньше. На глубоком, базовом уровне. Видимо это и царапнуло разум во время первого контакта.

Впрочем, ничего удивительного в том, что я не осознал отличие, когда рассматривал плетения, не было. При создании артефактов, смертные применяли самые разные оттиски — чаще всего я даже не обращал внимание на конкретную энергетическую вязь внутри тех или иных предметов. А вот Мьёльнир, ещё как — в конце концов, именно он обычно и имел с ними дело.

В данном случае, ошибиться с анализом тоже было несложно — поверх причудливой схемы, что лежала в базе кремлёвской защиты, поверх были уложены дополнительные плетения, более привычного формата.

Ещё одно подтверждение иномирового происхождения силы Рюриковичей. Пожалуй стоило предпринять новую попытку поговорить с Дарьей. Тем более, теперь у меня имелся веский аргумент, который можно было использовать в качестве инструмента давления.

Распорядившись отыскать в Москве кондитерскую, которая сможет быстро приготовить башенный торт, я наконец занялся трофейной силой. Заперевшись в спальне, переработал все поглощённые частицы Даров и осколки энергии, которые по какой-то причине не пошли в дело сразу. Усилил собственный каркас, уделяя особенное внимание его стабильности. Пристроил к своей «искре» крохотный осколок божественной сути Аида — теперь воплощение моей сути, состояло сразу из трёх компонентов.

Если подумать, сила Аида была схожа с той, которой обладал Плутон.