Возвышение Королевы

Теперь моя очередь возвышаться над крошечной круглой фигурой Лорда.

— Я уничтожу каждую косточку в твоем теле, прежде чем ты сможешь это сделать.

— Покажи мне, что у тебя есть. Хотя я уверен, что не так уж много. — он крестится на могиле матери. — Покойся с миром, Анна.

И с этими словами он уходит.

Я продолжаю смотреть ему в спину, когда он исчезает. Ублюдок. Я разрушу его и все, чем он когда-либо дорожил. Меня не волнует, его ли это дом, его бизнес или даже его чертова семья.

Я уничтожу его.

Позади меня раздается глухой удар, когда что-то большое падает на землю. Я замираю, мое дыхание на секунду прерывается.

— Отец! — голос Джеймса гремит на пустом кладбище.

Я оборачиваюсь, и жизнь, какой я ее знаю, заканчивается.

Мой отец лежит на земле, держась за сердце, лицо посинело, и он не дышит.

Пока Джеймс кричит, ругается и безуспешно пытается вернуть его обратно к жизни, я клянусь в одном.

Лорд Стерлинг будет уничтожен самым уродливым из возможных способов.

Все, что ему дорого, будет отнято, точно так же, как все было отнято у меня.

Он покончил с моей семьей, и я покончу с его.

Или с тем, что от неё осталось.

Когда случается что-то плохое, я чувствую это заранее.

Это одно из дополнительных чувств, которыми я обладаю, помимо прогнозирования денежного дохода и стоимости международных рынков.

Никто не поверил мне, когда я сказал им десятилетия назад, что китайцы и русские это будущее. Именно по этой причине у меня самые сильные партнеры в указанных странах.

В тот момент, когда я покинул компанию, я почувствовал, что что-то не так. Я проверил Леви и Эйдена — проверяя, я имею в виду, Харрис подтвердил, что мой сын был на занятиях в университете, а мой племянник на футбольной тренировке.

Да, у меня есть люди, которые следят за моими наследниками, обеспечивая их безопасность. Я всегда защищал их, с тех пор как они были маленькими. Я потерял достаточно членов семьи на всю жизнь, и меня больше не застанут врасплох.

Я вхожу в тихий дом. Его устрашающе спокойная атмосфера почти как на кладбище того дня, как раз в тот момент, когда у моего отца произошла остановка сердца и он скончался. В день похорон матери.

Он умер от тоски, от страха потерять этот дом, оставленный ему отцом, и последнее напоминание о присутствии матери.

Персидские ковры простираются в моем поле зрения, а полы из греческого мрамора сияют под ногами. Сводчатые потолки и украшения ручной работы, украшающие вход и остальные двери дома, были не тем, что мы могли себе позволить, когда были живы мои родители.