Возвышение физрука

— Видали мы таких мстителей, ек-макарек, — сказал дед Егор.

— Других не осталось, — сказал Алексей. — Может, мы под крышу зайдем куда-нибудь? А то дождь тут, сыро и неприятно. Или тебе нравится в яме сидеть? К земле, так сказать, привыкаешь?

— Ладно, давай зайдем, — согласился дед Егор. — Только помоги мне из ямы выбраться. Года мои уже не те, ек-макарек.

— Ага-ага, — сказал Алексей. — А вот это твое личное кладбище оно совершенно случайно тут образовалось, да? Само выросло, так сказать?

— Ветром надуло, — сказал дед Егор.

Алексей легко спрыгнул с почти трехметрового забора, построенного помощником депутата еще в те времена, когда он крышевал ларьки на рынке, приземлился на обе ноги, подошел к свежевырытой могиле, разбрызгивая берцами грязь, и протянул деду Егору руку.

Дед Егор убрал винтовку в инвентарь и схватился за протянутую конечность правой рукой. Но в левой все равно на всякий случай держал нож.

Времена сейчас лихие, кто не перестраховался, тот и помер.

Но Алексей никаких коварных планов на его счет не строил. Помог вылезти и даже сделал вид, что ножа не заметил. С пониманием к старческим заскокам отнесся, так сказать.

— А зачем ты их вообще хоронишь? — спросил он, заглядывая в могилу. — Сваливал бы в кучу, и все дела.

— Не по-людски это как-то, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Да и выносливость от этого прокачивается.

— Не по-людски, — повторил Алексей. — Так они и не люди. И не на пикник сюда приезжают.

— Мы-то люди, ек-макарек, — сказал дед Егор.

Они прошли в дом, дед Егор поставил чайник на плиту.

— Богато живешь, отец, — присвистнул Алексей, и было не совсем понятно, что он имеет в виду. То ли размер помещения, его убранство и техническую оснащенность, а то ли выставленный у стены арсенал.

Дед Егор не стал уточнять.

Он вскипятил воду, чай заваривать не стал, бросил в кружки по чайному пакетику, одну кружку отдал Алексею. Достал из кармана телогрейки пачку сигарет, закурил, благо, теперь некому стало ему за это выговаривать. Он теперь старался курить только в помещении, снаружи, особенно во время охоты, это демаскировало.

— Отец, а ты, часом, не из бывших? — поинтересовался Алексей, прихлебывая горячий чай из кружки. — Больно прищур у тебя знакомый…

— Бывших не бывает, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Зачем в Москву-то идете?

— Квест у нас, — сказал Алексей. — Эпичный и клановый, так сказать. В рамках длиннющей линейки «Красный реванш».

— Красный? — насторожился дед Егор.

— Так это ж, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Вроде как убили ж его, Ильича-то нашего. Вон, весь город под это дело разнесли.

— Но дело его, так сказать, живет, — Алексей отпил еще чая. — Айда к нам в клан, отец, а? Ты, конечно, уже не молод, но дело свое знаешь крепко, как я погляжу.