Попытка возврата

Один из пяти, где, по нашим прикидкам, можно мехкорпус разместить. Еще один мы сами осмотрели — там пусто было, так что, может, ребятам повезло…

Единственно, как с бойцами на берегу связаться? Они ведь в такой плавающий дар небес ни за что не поверят.

И что рация у них выключена, так это и к гадалке не ходи. Только нас увидят, моментально начнут войну на два фронта. Обидно будет им, доказывавшим, будто они все еще в конце тридцатых от своих пулю могли получить. М-мм… хотя на каждой плавучей лайбе рупор должен быть. Глядишь, докричаться и получится. Ну а на нет и суда нет… Не поверят, будем уходить сами, но уже с чистой совестью.

Тут притащили офицеров. Они уже очухались и семенили стреноженными ногами, подгоняемые тычками пацанов. Глянув на отсвечивающую наливающимися фингалами немчуру, сказал Козыреву:

— Ну что, Змей, сбылась твоя мечта. Хотел на лодочке покататься, вот тебе целый корабль. Плыви хоть до океана! — И, обращаясь к остальным, добавил: — Идем на катере. По пути допрашиваем офицеров. Если они что-то про африканских воинов знают, Балуев растягивает антенну и тут же дает доклад. Ну а мы просто уходим дальше, мимо боя, и продолжаем колоть пленных. Если с офицерами выйдет облом, то пробуем подобрать ребят, которых возле реки зажали. Если не получится, то идем вниз по течению, после чего, под утро, высаживаемся на берег и рвем когти в сторону Грудовца. Там осмотримся и будем думать, что делать дальше. Ну что притихли? Грузимся!

Я махнул рукой, и все сразу зашевелились. Дернув за рукав намылившегося было уходить Пучкова, глазами указал на сидящего возле крыльца телефониста. Леха кивнул, доставая пистолет, а я, зацепив второго пленного, пошел к катеру. По пути к мосткам коротко обрисовал механику его дальнейшие перспективы. У морячка было два пути. Либо он нам помогает и у нас все получается, после чего простой германский рабочий получает пенделя под сраку и летит на свободу ясным соколом, либо у нас не получается, тогда разговоры о продолжении его жизни можно считать бессмысленными. Фриц при звуке тихого хлопка за спиной втянул голову в плечи и на полном серьезе пообещал молиться за нашу удачу, попутно прилагая все силы для ее осуществления. После чего воодушевленный перспективой дальнейшего земного существования, сопровождаемый Женькой, нырнул куда-то в нутро катерка.

Я отвязал посудину от причала и под шум застучавшего двигателя запрыгнул на борт. В принципе, кто будет рулить нашим плавстредством, вопросов уже не возникало. Марат, у которого была масса родственников и среди них даже один капитан речного буксира, вызвался встать за штурвал. В детстве этот родич его пару раз брал на борт, и Шараф сказал, что кое-что помнит. Ну и флаг в руки.