Попытка возврата

Во время наступления к нам попало некоторое количество немецкого медицинского оборудования. Работа с трофейным материалом требует некоторых навыков, а Густав Карлович ими обладает в совершенстве. Поэтому он и взялся их использовать.

Блин! Мало того, что как-то не по-русски залатали, так еще и эти девчонки лезут, щупают, дышат… У черненькой торчащая перед моим носом грудь только что халат не прорывала! До этого меня только почтенные матроны перевязывали… Смутное волнение, ощущаемое раньше, переросло в видимое беспокойство. Причем видимое невооруженным глазом. Молодые врачихи прыснули, а старшая медсестра, не моргнув глазом, сказала, что это нормальная реакция организма и чтобы они привыкали. Обращаясь уже ко мне, добавила:

— Ну что вы насупились? Радоваться надо — вот видите, все работает. Значит, контузия на самую важную для вас, мужиков, функцию не повлияла.

Я и сам знаю, что не повлияла… Только вот сижу сейчас как дурак, красный и смущенный… Хотя, конечно, и радуюсь, а то мало ли как бы оно повернулось. Бегал бы как тот грузин в поисках мацони…

Еще через две недели, когда я уже начал чувствовать себя забытым и покинутым, нарисовались Гусев с Шарафутдиновым. Сначала за дверью услышал возмущенный писк медсестры, а потом довольное ржание. Этот смех нельзя было спутать ни с чьим другим. Так только Серега может ржать, после того как ухватит барышню за филейные части — счастливо и самозабвенно. А через секунду в дверь скользнул наш подрывник, за которым топал Гусев. Майор орлом оглядел палату и еще с порога начал вопить:

— А вот и наш сокол сизокрылый! Отощал, позеленел, но к сестричкам пристает, мне уже рассказали. Значит, все нормально! Жить будешь долго и счастливо!

И мужики осторожно, чтобы не зацепить плечо, принялись меня тискать, попутно выставляя из вещмешка разные вкусности. Потом Серега извинялся, что так долго ко мне вырваться не могли, но я его особенно не слушал. Расчувствовался, блин, так, что аж отвернуться пришлось. Соседи по палате деликатно вышли покурить, а мужики стали рассказывать последние новости. Их было не так уж много. Судя по тому, что наши группы сейчас разнюхивали обстановку в районе Николаева, то, похоже, следующий удар будет нанесен именно туда. Рассказали и чем закончился мой неудачный ночной бой. На шум стрельбы вовремя подтянулись пехотинцы, и немцев сумели отогнать. Меня же сначала отправили в ПМП, а потом уже в тыл. Как раз успел вернуться Колычев, который очередной раз показал себя отцом-командиром и полетел со мной. Еще рассказали, что в Ярославле и Ульяновске будут строиться заводы по производству «студебеккеров» и «доджей 3/4». Чем наши уломали американцев и что за это пообещали, парни были не в курсе, но строительство уже идет вовсю.