Попытка возврата

До пехоты ведь никто не довел, что это новое советское чудо-оружие. А завывало очень страшно, и поэтому быстро-быстро сваливали обе стороны. Не знаю, что там было у немчуры, но троих красных командиров за панику отдали под трибунал…

Ну а сейчас никто из фрицев не мог предположить, сколько в действительности у нас смеси, да еще и то, что противопоставить налетам они ничего не могли, сыграло свою роль. Ночных истребителей у них было мало, и почти все они базировались в Германии. Зенитки же медлительным гигантам наносили минимальный ущерб. Я сам видел, как днем латали машину, на которой было более двух сотен пробоин, но она без проблем добралась до своего аэродрома. А каждую ночь сидеть и ждать, на кого с неба польется огонь, было выше человеческих сил. И пусть точность налетов была просто отвратительная, но немцы сломались. Ночью не спать в ожидании жуткой бомбардировки, а днем подвергаться все более усиливающимся ударам с земли было невозможно. Тем более что наши после спонтанно возникшей паники сумели взломать оборону немцев и вырвались к ним в тыл.

Меня потом напалмовая вонь с неделю преследовала, когда мы, следуя за наступающей пехотой, съездили на бывшие немецкие позиции, попавшие под последний удар, посмотреть, как это все действовало. Даже запах моря и наступившей весны не смог перебить запах бензина и паленого мяса. Впечатления были незабываемые. Уж насколько за этот год привык ко всему, но вид обгорелых домов и оборонительных сооружений, заваленных жареными трупами, подействовал даже на меня. Фрицы тоже впечатлились. До невозможности… Позже среди пленных увидел несколько связанных людей. На вопрос: «Зачем?» конвоир ответил, что это психи. В смысле, сошедшие с ума после ночных налетов. Правда, их из общих колонн быстренько извлекали, грузили в машины и куда-то увозили. Так думаю, что явно не на лечение… И это только буйных. Сколько было тихо помешанных — никто не знал.

Я же, захваченный новой идеей, засел за новые наброски. К творчеству меня сподвигли виденные пехотинцы в панцирях. Цельный железный нагрудник с намудником — это, конечно, круто, но вот полноценный броник — это еще лучше. Панцирь только перед защищает, да и неудобен он. До этого только мысль мелькала бронежилеты предложить, но ее откидывал. У немцев-то в основном винтари и пулеметы, броник такую пулю не держит, зачем же лишнюю тяжесть таскать. Но теперь вот подумал — у них ведь и автоматов масса появляется. Да и от осколков такая вещь хорошо помогает. И если в нормальные (в моем понимании) бронежилеты одеть именно штурмовые подразделения, то это сильно может снизить потери атакующей пехоты.

А еще через две недели всю нашу группу во главе с командиром и уже вернувшимся Гусевым загрузили в самолет и отправили в Подмосковье.