Возвращение джинна

— Черви — с метрикой три и тридцать три сотых…

— Иксоиды — три и шестьдесят шесть, гиперы — три и девять. Да, мы, люди, имеем право жить и развиваться только в пространстве трех измерений, обеспечивающих достаточно сложные формы материи, но мы — всего лишь имаго ангелоидов! Куколки. Еще далеко не красавицы-бабочки. Для нас была создана специальная пространственная ниша — наша метавселенная.

— Кем была создана? Гиперптеридами, что ли?

— Пока не знаю. Но уверен, что так оно и было, уж очень тонкая подгонка параметров была осуществлена.

— Антропный принцип…

— Вот именно, если хочешь. Измени какую-нибудь физическую константу на десять процентов в ту или иную сторону, и человек уже никогда не появился бы на свет, да и Вселенная была бы иной. Но мы существуем, а следовательно, Творец наш все рассчитал заранее.

— Это противоречит твоим же заявлениям, что Черви, иксоиды и гиперы пришли к нам из других метавселенных.

— Ничуть не противоречит. Кто сказал, что все эти конкретные метавселенные не являются звеньями одной цепи — процесса развития разума? Я не знаю, кто или что такое Творец, но не сомневаюсь, что он все предусмотрел.

— И войны предков и потомков между собой?

— Войны — это уже сбои программы. — Шоммер почесал затылок. — А может быть, и нет, может быть, это особые бифуркационные процессы, призванные сбросить мешающий развиваться балласт — отжившие информационные структуры. Я еще поработаю над этой проблемой. У тебя все? Ты мне мешаешь.

— Значит, ты считаешь, ангелоиды — наши потомки?

— В какой-то степени.

— Тьфу, опять двадцать пять! Что значит — в какой-то степени? Ты только что утверждал с пеной у рта…

— То и значит, что процесс их рождения еще надо запустить. Не хватает стартового импульса.

— У кого не хватает?

— У человечества, ясен пень! — рассердился Шоммер. — Чего ты ко мне пристал? Я тебе не информарий, не банк данных и не Господь Бог! Как только вычислю, где живут ангелоиды, сразу сообщу.

— Ты даже это можешь рассчитать?

— Во всяком случае, я знаю, что их континуум должен быть как минимум четырехмерен.

— Мы тоже живем в четырехмерном мире: три пространственных измерения плюс временное…

— Это условная метрика. Я имел в виду именно пространственные измерения. Устойчивый континуум вообще должен иметь двенадцать измерений. Возможно, наша метавселенная лишь частный случай двенадцатимерного Универсума.

— И ангелоиды живут там, в этом самом двенадцатимерном Универсуме?

— Они могут жить буквально рядом, в «соседнем» измерении, как говорят дилетанты. До них даже докричаться можно, только я пока не знаю — с помощью чего.

Шоммер снова уставился в раствор виома, уходя в дебри созданной им теории, и Артем, постояв рядом с минуту, покинул ксенолога. В голове царил сумбур.