Возвращение Бешеного

Казалось, чего тут ломать голову, когда все и так ясно? Но нет, «питерец» продолжает долго думать и рассуждать, потом с большим трудом решается сделать наконец ход, принять какое-нибудь решение, особенно, если оно касается чего-то важного. И все равно он любил тех, кто жил в Питере.

Интересно, кто сегодня встретится с ним в бою? Будет очень жаль, если он окажется порядочным парнем, но слабым партнером. Это может подпортить игру, которую задумал Савелий. Что ж, тогда придется ему подыграть. Это может заметить только очень опытный партнер или тренер. Савелий улыбнулся: на такое можно пойти даже ценой риска, чтобы заставить понервничать своих «хозяев».

Его размышления были прерваны негромким стуком в дверь.

— Нам пора ехать: двадцать три сорок! — раздался голос Константина. — Свет можно включить?

— Да, Костя, я уже готов, — спокойно отозвался Савелий, быстро вскакивая с кушетки. В комнате было абсолютно темно, и когда Константин включил свет, то даже вздрогнул от неожиданности: Савелий стоял прямо перед его носом.

— Ну ты и… — Он покачал головой. — Вот такое я дерьмо! — хихикнул Савелий и дружески похлопал парня по плечу. — Теперь ты понимаешь, что если бы мне захотелось от тебя сбежать, то я бы уже давно это сделал.

— Как сказать… — попытался возражать Константин, но потом махнул рукой. — В любом случае я рад, что ты на это не решился. Двинули? — Двинули, — согласился Савелий. Сидя в машине, Савелий вдруг подумал о том, что, наверное, впервые с тех пор, как расстался со своим Учителем, он не представил себе его образа в такой важный и опасный для него момент жизни. Неужели то видение было пророческим и правдивым и он больше никогда не увидит своего Наставника? Ему стало очень грустно и больно, и он тихо прошептал:

— Учитель, я никогда не посрамлю твоего учения и никогда не предам то, чему ты меня учил.

— Извини, Рэкс, я задумался и не расслышал, что ты сейчас сказал?

— чуть смущенно спросил Константин.

— Нет-нет, ничего, это я настраиваюсь на встречу с противником.

— Ты что, побаиваешься? — удивился тот. — Побаиваюсь? — криво улыбнулся Савелий. — Хочешь один совет? — Конечно!

— Если в тебе сидит страх, то никогда не выходи на дело: ты уже наполовину проиграл его, но никогда не стыдись в себе чувства опасности, именно это чувство помогает человеку сконцентрироваться в нужный момент.

— Что до меня, то это слишком мудренно: я никогда ничего не боюсь!

— Константин ухмыльнулся.

— И никогда не боялся? — недоверчиво спросил Савелий.

— Боялся, но когда пролежал в больнице четыре дня между жизнью и смертью, то страх как рукой сняло. Врачи махнули на меня рукой, сказали матери, что я не выкарабкаюсь, а она продолжала верить и ни на минуту не отходила от моей кровати.