Возвращение

– А если он у ворот ждать останется, а тут еще какой-нибудь господин приедет, тогда как быть? – задала она резонный вопрос.

– Хм… Значит, скажешь – хозяйка разрешила принимать только тех, кто заранее договорился о визите. А раз он не договаривался, то пусть у ворот околачивается. Уяснила?

Тея испарилась, а я закинула ноги на стол и глубоко вздохнула. Чую, натерплюсь я еще от этого Анельта! Даже если он ничего и не сделает, одними своими визитами вежливости с ума сведет!

– Ладно, – сказала я себе и подтянула поближе стопку корреспонденции. – Что тут у нас?..

…А пару недель спустя, возвращаясь домой, я повстречала соседа, того самого Авниса, что сосватал мне дело о драгоценностях. Выглядел он крайне уныло, что было вовсе на него не похоже.

– Добрый день, госпожа Нарен, – поздоровался он печально.

– Добрый, господин Авнис, – откликнулась я на его приветствие. Я пребывала в отличном расположении духа, изловив одного мерзавца, что убивал и грабил одиноких стариков. На его несчастье, одного такого старика он не добил, тот выжил, а поскольку был господином весьма состоятельным, обратился ко мне, а я уж постаралась отыскать негодяя… – Что-то вы грустны! Никак, случилось что?

– Случилось… – протянул он.

Слово за слово, я узнала, в чем дело. Оказывается, Инайя Орес дала от ворот поворот сыну Авниса! На резонный вопрос, в чем, собственно, дело – о свадьбе давно уговорено, а сама она прежде не возражала! – Инайя упорно молчала, но замуж идти отказывалась наотрез. И вот только что Авнис узнал наконец, в чем причина столь странного поведения девушки. Оказывается, та выбрала себе другого жениха! И идти соглашается только за него, вот беда какая…

– И кто же он? – полюбопытствовала я.

– Не знаю! – огорченно ответил купец. – Никогда о нем не слыхал!

– Звать-то его как? – спросила я.

– Вирон Бисах, – сказал Авнис, а я потеряла дар речи. – Безродный какой-то юнец! Приемный сын двоюродного брата ее матери… Вроде и родня, но не кровная, так что тут ничего не попишешь… И где она с ним познакомилась?!

Я благоразумно промолчала. Хм… Ну кто бы мог подумать? Вирон, которого перекашивало от одного упоминания о Инайе, Инайя, невесть с чего позарившаяся на этакое сокровище… Хотя… Если рассудить, то… В ее глазах мальчишка оказался настоящим романтическим героем. Стащил – и как ловко! – драгоценности, да не для себя, не на заказ, а во имя справедливости! Чтобы они обожаемому приемному папаше достались… Ценитель красоты, чтоб его! Пусть теперь красоту Инайи ценит… в украшениях прадедовой работы…

Любопытно, отцу-то она правду сказала или нет? Вряд ли, решила я. А так… два сапога пара. Вирон воровал для приемного отца, Инайя – для родного брата.