Возвращение

Либо разделалась бы с ним по-своему, бывали прецеденты – своенравное оружие могло вырваться из руки посреди дуэли, могло поранить хозяина, могло просто исчезнуть… Но он носил ее добрый десяток лет, не расставаясь (поначалу другую ему взять было неоткуда, хоть и оказалась она для него тяжела и неудобна, а потом, видно, привык к ней), и до сих пор пребывал в относительном здравии. Не знаю, что это означало. На первый взгляд никаких магических свойств у шпаги не было, но… маги древности знали такие вещи, которые мне и пригрезиться не могут, так что я не стала бы утверждать наверняка! Может, и было что…

– Лауринь, – спросила я. – А шпага-то вам теперь по руке, вы говорили?

– Ну да, – удивленно покосился он на меня.

– Другую купить не тянет?

– Мне с этой удобно. Есть, конечно, запасная, но я ее не ношу. Зачем, если эта хороша?

– Да, – капитан насторожился. – Поначалу, я говорил, казалась тяжела, даже слишком. Потом… перестал замечать. Привычка. На другую не променяю.

– Да уж, держитесь за нее, – хмыкнула я. Может, у Лауриня просто руки стали сильнее. Все может быть… – Ладно, вернемся к торговцу. Что еще вам показалось интересным?

– У него целая стена арбалетами завешана, – криво усмехнулся в ответ Лауринь. – Совпадение?

– Вот знать бы! – Я рассеянно потрепала кобылу по шее. – Может, да, а может, и нет. Вы лучше меня в оружии разбираетесь, видели там какую-нибудь штуковину вроде той, из которой можно было Вейриша положить?

Капитан покачал головой.

– Нет. У него совсем не такие. Вот зажигательный снаряд можно было бы из подобного запустить, а пробить грудь человеку насквозь да с приличного расстояния… Сомневаюсь.

– Ну, если считать, что ничего интересного он на виду не держит… – протянула я. – Магии я не почувствовала, к слову.

Ничего иного тоже, но… Все равно что-то не давало мне покоя.

Я развернула записку. Анзимах Итуро. Или, вернее, Итуро Анзимах, как тут записано. И невдомек коллегам, что они его сзаду наперед именуют…

– Фло? Вы что? Что с вами? – Лауринь крепко взял меня повыше локтя, оттеснил к забору, перехватив удила моей кобылы. – Да очнитесь же!

– Да не трясите вы меня! – обозлилась я. – Я думаю!

– Если вы всегда с таким зверским лицом размышляете, то понятно, отчего вас люди боятся! – парировал капитан, но я пропустила его слова мимо ушей.

Юг. Данжер, верно? Данжерская скоропись. Та самая, которой пользовались отец Лауриня и его приятель из охранного отделения, Вергий Старсис, чтобы вести тайную переписку. Да не простое письмо, а отзеркаленное. Отзеркалить, прочесть задом наперед…

Я молчала до самого дома, как ни пытался Лауринь разговорить меня. Слишком опасно. Если я права, то… Опасно стало уже давно, только я об этом не подозревала.