Возвращение

 – Ну же, слушаю!

– Знаете, почему даже по деревням так следят за чистотой породы, если она есть, конечно? – спросил Турр. Не дождался ответа и продолжил: – Потому что такие помеси часто наследуют от разнопородных родителей совсем не те качества, что нужно. Часто бывают злобны, непослушны, – поверьте, я всякое видал…

– Хотите сказать, это не чистопородная собака? – уточнила я. Лауринь поморщился – упоминание о чистоте породы в последнее время нервировало не только меня.

– Скорее всего. – Турр задумался. – Судя по тому, что морда получилась вытянутая, круп опущен… изгиб хвоста, шерсть… Вероятнее всего, тут есть кровь какой-то овчарки. Впрочем, это непринципиально: я ведь сказал, что подобные животные часто бывают неуравновешенны. А если прибавить к этому воспитание… или отсутствие оного, то может получиться очень опасный зверь!

– Значит, за своими суками вы смотрите строго, чтобы не допустить вязки не с тем кобелем, – задумчиво сказала я. – А за кобелями?

– Тоже, – нахмурился мужчина. Видимо, ход моих мыслей не был для него очевиден. – К чему вы спрашиваете?

– Ну, в деревнях наверняка пригляд меньше… – продолжала я размышлять вслух. – А вот, к примеру, на севере, если охотничьи собаки начинают мельчать да и в целом плошают, течных сук на ночь в лесу привязывают, к ним волки приходят. Щенки получаются отменные…

– Да, я слышал о таком, – кивнул Турр. – Вполне оправданное действие, но именно для тамошних охотничьих пород.

– В деревнях за собаками пригляд наверняка хуже, чем у вас, – сказала я. – Какая-нибудь сука могла удрать в лес. Потом вернулась, думаю. А еще кто-то мог оказаться не столь суров, как вы, и щенков не утопить. Хотя бы одного. Знаете, ребенок пожалел или еще что.

– Думаете, помесь не с овчаркой, а с волком? – поинтересовался Лауринь. – Тогда злобность вполне оправданна.

– А может быть, просто через деревню проходил обоз и местный кобель повязал чужую собаку, – хмыкнула я. – Какая разница, в сущности? Все эти домыслы совершенно не объясняют, почему пес кинулся именно на ту даму. У него был такой выбор, а он покусился именно на нее! И если мы узнаем почему, то, считай, дело будет раскрыто… – Я помолчала, потом спросила: – Господин Турр, как полагаете, кто мог бы вас подставить? Есть у вас подобные недоброжелатели?

– Недоброжелатели есть у всех, госпожа Нарен, – пожал он плечами. – Разумеется, есть люди, которые меня недолюбливают, есть те, кого недолюбливаю я… Но если подумать… не могу предположить, кто взялся бы за такое дело.

– А конкуренты? – поинтересовалась я. – Есть ведь наверняка те, кому вы перешли дорогу?

– Разумеется, – кивнул мужчина и перечислил несколько имен заводчиков. – Но почему именно я? С тем же успехом это мог быть любой другой из них.