Код возвращения

Он знал, что произойдет дальше, и это произошло, будто кто-то прямо сейчас считывал информацию из его головы, передавая ее на экран в прямом эфире. Двойник Макса с испуганным лицом, диалог между ними, выстрел, пулевая рана в переносице.

Макс зажмурился, почувствовав, как его сознание раздваивается. Он сидел в кресле рядом с женой в богатом лондонском доме и одновременно участвовал в перестрелке в Тиходонске, причем семь лет назад! Так где он на самом деле?

Макс поднес пальцы к вискам и энергично растер их. Нет, все в порядке, он в своем доме в Лондоне. Но кто тогда там? Ерунда, просто кино!

— Как они узнали? — Анна взяла его за руку. Вторая половинка сознания вернулась на место. Он просто смотрел кино. — Как они узнали, Максик?

Карданов слышал ее, но не мог ответить. Он услышал странную музыку, прекрасную и печальную, которая звала куда-то и чего-то требовала. В его сознании появилась какая-то странная, еще не оформившаяся до конца мысль, и он старательно пытался ухватить ее суть. Ничего не получалось, а ведь это было нечто важное. Но что? Откуда-то появилось ощущение глубокой тоски. Очень глубокой, всепоглощающей.

— Макс! — Анна взяла его за плечо и слегка встряхнула. — Макс! Что с тобой? Ты меня слышишь?

— У Веретнева я встречался с одним писателем и рассказал ему про свою жизнь. — В ушах появился какой-то посторонний звон, и Макс, взяв из рук жены пульт, убавил звук. Но тем не менее он прекрасно слышал все, что сопровождало изображение. — Он расспрашивал подробности, потом несколько раз приходил ко мне. Я не думал, что действительно напишет… А видишь… как получилось.

Карданов говорил медленно, с расстановкой, будто каждое слово давалось ему тяжело. Анна поднялась на ноги и уступила супругу место в кресле. Макс не стал сопротивляться. Голова его откинулась на спинку.

— Принести что-нибудь выпить, Макс?

— Да, виски. Со льдом.

Анна поспешно вышла из комнаты, и Карданов слышал, как она спустилась вниз по лестнице. Макс снова перевел взгляд на экран телевизора. События на экране сменились — теперь на месте перестрелки работали следователи. Этого Макс не видел. Автор сценария реконструировал события. А скорее всего, собирал дополнительный материал.

Фильм далеко выходил за рамки его рассказа. И все же снятый в России материал фактически воспроизводил его биографию. Щемящее чувство тоски в душе увеличивалось и множилось с каждой секундой. Головная боль отступила, прошла и пульсация в области виска..

Анна вернулась через минуту. В одной руке она держала широкий, до половины наполненный светло-желтой жидкостью стакан, в другой — вазочку со льдом.

Макс жадно отхлебнул виски — раз, другой. Стакан опустел.

— Ты даже не положил лед. — Анна опустилась рядом с ним на корточки. Поставила вазочку на пол.