Код возвращения

— Где он?! Ты почему его упустил?! — накинулся он на молодого человека.

— Так что я сделаю, вы вон лежите!

Вдвоем они стали приводить в чувство Василия. Тому досталось больше всех: лицо окровавлено, нос расплющен — он был в нокауте. Наконец и третий участник группы захвата открыл глаза.

— Да, вот что значит — не везет! — горестно вздохнул руководитель операции дядя Коля. — Теперь меня точно выгонят! А за что?

Но никто из напарников ему не ответил.

* * *Тиходонск,

29 сентября 2004 года,

12 часов 43 минуты.

Майор Нижегородцев был одним из немногих, кто свободно чувствовал себя в кабинете генерала Лизутина и запросто называл начальника УФСБ Матвеем Фомичом. По большому счету, их связывали отношения не начальника и подчиненного, а доброго наставника и благодарного ученика. В основе этих отношений лежала длительная совместная служба, схожие черты характера и доверительность, обусловленная тем, что генералы не могут общаться исключительно с другими генералами или большими начальниками, так же, как не могут жить в безвоздушном пространстве. Майор был смел, инициативен, умел держать язык за зубами, он охотно брался за любое поручение Лизутина, и каждое из них он старался выполнить на совесть. Поэтому ему поручались особо важные, конспиративные служебные задания, а также особо щекотливые и конфиденциальные личные поручения. Справедливости ради надо сказать, что первых было значительно больше, а вторые носили разовый характер и были связаны с обычным адресом в спальном микрорайоне Тиходонска, куда генерал «нырял» несколько раз в месяц, а Вампир прикрывал его, как на встрече с агентом. Больше того, он искренне делал вид, что старший товарищ занимается там служебными делами государственной важности.

Сейчас разговор шел о «Руке Аллаха».

— С Гуссейновым мы облажались, — задумчиво говорил Лизутин, постукивая по столу обратной стороной авторучки. — С ним такие твои номера, как с Лучником, не проходят. Я до сих пор за него объясняюсь.

— Это факт, — признал Нижегородцев. — Действительно облажались.

Сразу же после задержания Арсена Гуссейнова Лизутину и его замам посыпались телефонные звонки. Руководители различных рангов характеризовали разыскиваемого особо опасного террориста как уважаемого бизнесмена, который много сделал для области и города, а потому требует к себе самого пристального и доброжелательного внимания. Дурдом какой-то! Раньше за подобный звонок любого начальника бы выгнали из партии и бросили, как обосравшегося щенка, на рядовую работу. А может, и в камеру, рядом со своим протеже! А то на тебе: «Много сделал для области!».