Возвращение в «Кресты»

А ты… – обратился я уже к проститутке, – выметайся!

В милицию она, ясное дело, не пойдет, так что на этот счет я не беспокоился ни секунды.

– А мои деньги! – Девица захлопала густо накрашенными ресницами.

– За что деньги-то?! – хмуро спросил водила. – Я же не кончил!

Сраженная этим аргументом, потаскушка выскочила из такси и через мгновение уже исчезла из поля зрения.

– Значит, так! – распорядился я. – Во-первых, застегнись! А потом давай, дуй по Пряжке! За Калинкиным мостом – направо, и не вздумай останавливаться на светофорах.

– Не бойся, братан, довезу как надо! – ответил водитель.

Всю дорогу ствол моего пистолета был направлен ему в затылок.

Само собой, стрелять в движущейся на предельной скорости машине я бы не стал – иначе и сам бы отправился вслед за своей жертвой на тот свет. Но парень над этим не задумывался, и правильно делал. В конце концов, в моем положении человек не обязательно руководствуется здравым смыслом, и спорить со мной было бы с его стороны крайне неразумно.

Водила оказался и вправду хорош, вел машину, как на крыльях летел. Если не смотреть по сторонам или зажмурить глаза, могло сложиться впечатление, что они едут по ночному городу, где нет ни пробок, ни пешеходов, норовящих сигануть через проезжую часть. При этом катили с максимальной осторожностью, чтобы, не дай бог, не привлечь ничье внимание. На одном из резких поворотов, которыми изобиловал маршрут, я заметил, что на пальцах правой руки водителя есть следы вытравленных татуировок. Сидел, наверное, если, конечно, это не следы детских шалостей. Я сразу почувствовал к водиле большее доверие.

Благополучно пролетели Пряжку, миновали Калинкин мост и свернули направо, в безлюдные заводские переулки. Похоже, на этот раз пронесло. Мусора еще не успели поднять тревогу. А если и успели, то, пока прочухаются и выставят посты, я уже растворюсь в многомиллионном мегаполисе. Главное сейчас было выехать на «материк», миновать все мосты и узкие места, где вернее всего можно влипнуть. Сегодня, похоже, у Знахаря был удачный день.

Поплутав какое-то время по глухим предпортовым и заводским, малонаселенным и малообитаемым, улицам, я убедился, что за нами нет хвоста.

– Притормози!

Машина сбросила скорость и, прижавшись к обочине, остановилась.

– Не глуши мотор, – велел я водителю и проникновенно спросил, ткнув в шею холодным стволом: – Как, шутить будем, или миром разойдемся?

– Да ты чо, братан, миром, понятное дело, – ответил водила и поднял от руля руки, тыльной стороной вверх.

Теперь я уже хорошенько рассмотрел и на левой руке неумело вытравленные «перстни» и неузнаваемую теперь наколку на запястье. Цвет наколок был, несомненно, зэковским: такой цвет наколок получается только от жженых подметок, ни с чем не спутаешь.