Возвращение не гарантируется

Генерал на повышенных тонах, как обычно, говорил о том, что нет ничего невозможного, есть только нежелание использовать свои возможности, ну и все остальное, что говорится в таких случаях: о недопустимости провала задания, о плохой подготовке испытаний, о высоком доверии, которое сегодняшние фигуранты, увы, не оправдали…

За спиной генерала висела большая карта мира, испещренная синими стрелками и красными крестиками. Виновные стояли плечом к плечу, покаянно опустив головы, их начальник Кленов мог держаться в стороне, с осуждением глядя на подчиненных, но он стал рядом с ними и тоже смотрел в пол. Поза смирения и покорности успокаивает даже хищников: более сильный волк отходит от побежденного соперника, если тот подставляет самое уязвимое место — шею, которую так легко перервать клыками… Может быть, поэтому, а может, потому что проштрафившиеся бойцы имели непосредственное отношение ко многим пометкам на карте, но тон генерала постепенно стихал, и «разбор полетов» обошелся даже без мер взыскания.

Через полчаса участники совещания, а их, в силу требований конспирации, было немного: Ерш, Скат и непосредственный командир — позывной Слон, — вышли на улицу. Настроение у всех было хорошим, Ерш предложил «где-нибудь посидеть за кружкой пива», но командир покачал головой.

— Вы идите, можете отметить свое спасение, а я вернусь в расположение, буду выполнять приказ генерала: укреплять боевой дух и поднимать дисциплину. Так что имейте в виду…

— Есть, иметь в виду, товарищ полковник! — кивнул Скат. — А какое спасение отмечать: от «Пчелки» или от Вилховского?

Слон усмехнулся.

— Какое больше обрадовало!

— Тогда от генерала — в воздухе было не до эмоций!

Командир уехал, а бойцы зашли в ближайший пивной бар, который теперь почему-то назывался в соответствии с новыми модными веяниями «Пивной станцией», хотя никакие поезда на ней не останавливались, как, впрочем, и метро, и автобусы, и другие транспортные средства. В маленьком зале за высокими столиками с круглыми, «под мрамор», столешницами стояли мужчины разных возрастов, пили пиво, закусывали чипсами и маленькими бубликами, густо обсыпанными солью. Они влились в этот сборный коллектив, растворяясь в непривычной для них атмосфере расслабленного спокойствия и вкусовых ощущений, которые располагают к легкой и необязательной беседе. Двое молодых, скромно и неброско одетых мужчин: черные брюки, разномастные шведки и туфли… Словом, внешне они ничем не отличались от других пассажиров «Пивной станции». Да и разговор между ними шел соответствующий — простой, как местная закуска."

"— Не могу привыкнуть к этим сухарям. — Скат покрутил в руке очередной бублик.