Возвращение не гарантируется

 — Главное — их вовремя исправлять и честно признавать! Мы разобрались в невиновности задержанных, освободили их и принесли свои извинения! Но на этот раз у нас никаких сомнений нет, наши выводы подкреплены доказательствами. И вот одно из них — главное и неопровержимое!

Он поднял над головой записку, написанную корявым почерком Серёни, и потряс ею в воздухе. Это был посмертный триумф доморощенного душегуба: последний раз так размахивала перед классом его безграмотными диктантами Нина Ивановна, показывая, как писать нельзя. А теперь его писульку показывали миллионам зрителей как важный документ! И публика с восторгом проглотила эту нехитрую демонстрацию, пропустив второй гол в свои ворота!

Матч с общественным мнением закончился победой правоохраны со счетом два-ноль.

* * *Джен спала беспокойно: все время выныривала из тягостной липкой дремоты, в которой постоянно крутились обрывки подлинных и созданных подсознанием кошмаров, смотрела на часы, торопя минутную стрелку, следила за криминальными новостями, которые каждый раз выдавали чайную ложку новой информации. Неожиданно происшествие на Щелковском шоссе было заслонено новым — убийством в собственном дворе какого-то бизнесмена. Камера показывала чистый ухоженный дворик, солидный фасад «сталинского» дома, толпящихся людей в форме и штатском, лежащие на асфальте тела…

— …Убийца Петра Николаевича Санина застрелен на месте его охранником, в кармане у преступника найдены деньги и записка — что это месть за убитого накануне бизнесмена Рыбаченко, — бодрой скороговоркой сообщал все тот же симпатичный ведущий, чуть ли не улыбаясь от того, что рейтинговые новости прут одна за другой и он не сходит с экранов миллионов зрителей.

«Да что же это творится такое! — ужасалась Джен про себя. — Одних убили, теперь других… Прямо как в Америке!»

Двор и дом показались ей знакомыми, фамилия убитого бизнесмена постепенно приобретала четкость в сознательной части памяти, оформляясь в хорошо известное сочетание букв… И вдруг как молния пронзила мозг: да это же и есть ее покровитель, всемогущий Петр Николаевич, на которого она так рассчитывала в решении своих проблем! Которому она собиралась позвонить, как только он освободится! Вот он, окруженный полицией, врачами и еще какими-то людьми, лежит у двери своего подъезда, в который ей не раз случалось заходить… Хорошо, что не показывают крупным планом это ужасное зрелище, но не из-за чувства меры у репортеров, а оттого, что их близко не подпускают…

Жалость и отчаяние навалились одновременно, Джен повалилась на диван и заплакала. Хотелось уснуть, но спасительный сон не приходил. В голове билась одна мысль: как жить дальше… Но ответа на этот вопрос она не находила.