Возвращение грифона

Знак Огня, Знак Воды, Знак Воздуха — знаки загорались и гасли в нужной последовательности. Они висели в воздухе, сияя, как неоновые знаки к революционному празднику на улицах Москвы, выглядело это красиво и страшно. Даже мне. Я вызывал к жизни силы, которыми распоряжался, но которых не понимал. Но разве мы все понимаем, что делаем в этой жизни? Например, разжигая костер, мы понимаем, что такое огонь? Откуда он берется? А уж такой сакраментальный вопрос: откуда взялись мы все — над ним ломают головы поколения мудрецов. И никто так и не смог прийти ни к какому выводу.

Процесс пошел. Лицо мужчины задергалось, пошло волнами, он застонал и вцепился руками в простыню, покрывающую кушетку. Его буквально били судороги, кости трещали, скрипели, все тело дергалось, как в параличе. Слова заклинания падали, Знаки шли чередой, как солдаты в строю.

Краем глаза я видел, как кто-то опять приоткрыл входную дверь и заглянул внутрь. Не прерывая процесса (осталось уже немного), не отвлекаясь от пассов, я изловчился, подцепил ногой табурет, стоявший рядом со мной, и со всей силы метнул его в дверь. Стул вылетел через приоткрытый проем и, похоже, кого-то слегка подбил.

Так ему и надо! Сучара! Он смеет мешать такому важному, серьезному колдовству! Одна ошибка — и вместо молодого мужчины тут может оказаться зародыш человека. Или вообще… но это уже смешно, хотя тоже может быть.

Наконец, завершающее Слово произнесено. Я замолк, вытер обратной стороной руки лоб, покрытый испариной, и сел на стул.

Парень на кушетке недоуменно огляделся, поднес к глазам руку и попытался сесть — чуть не упал. Его как пружиной подбросило на лежанке. Ну, это понятно — раньше он был стариком, с ослабленными мышцами, со скрипом в суставах и замедленной реакцией. Теперь он был цветущим парнем. Розоволицым, худощавым, некрасивым, но обаятельным. Парень улыбнулся и смущенно сказал:

— Я до конца не верил. Во мне все протестует против этого. Все. Весь мой жизненный опыт. Все, чему меня учили. Этого просто не может быть!

— А вас не тому учили, — заметил я, протирая лоб ваткой, смоченной в спирте, — вас учили, что чудес не бывает. Но смотря что называть чудесами. Ведь нашим предкам полет в космос был бы чудом. А поди ж ты — летаем! Так и магия. Просто надо привыкнуть, что есть что-то непостижимое, даже если мы и привыкли этим непостижимым управлять."

"— Да. Вы правы. Вы правы, — улыбнулся Косыгин, — никак не могу привыкнуть к тому, что я не старик. Честно говоря, я принял вас за мошенника, ловко вытягивающего средства из наших спецслужб. Для меня это было развлечением. Но, как вижу, все получилось. Я так вам благодарен! Я знаю про ваши требования — все будет выполнено. Сегодня вам перечислят на книжку шестьдесят тысяч рублей. И я вам очень благодарен.