Возвращение блудного Конструктора

Но не торопитесь хоронить Берестова, этого парня не зря назвали Ратибором, тут вы правы, он способен многое изменить. Пожалуй, я… – Грехов задумался. – Да, я не против того, чтобы он вернулся.

– Не против? – своим неприятным голосом произнес Кий-Коронат, молчавший до сих пор. – А что, вы могли быть против? Могли желать его гибели? Так вас понимать? Хорош помощничек, нечего сказать!

Грехов, не сказав больше ни слова, вышел.

– Все-таки ты не меняешься, корочун, – проворчал Железовский. – Пошли, Забава, Ярополк."

"– Я все могу понять, – сказала Боянова, когда они уже подходили к отсеку метро, – одного не понимаю, почему проконсул не отговорил нас от строительства Т-конуса, зная, что он не понадобится?

– А кто бы ему поверил? – тяжело спросил Баренц. – Да и нам тоже, стань мы на его сторону? Ты бы первая бросила в него камень.

– Вот это уж точно, – кивнул Железовский.

Они ждали.

Аналитиками погранслужбы и отдела безопасности с вероятностью, близкой к единице, были высчитаны координаты точки «выпадения» Конструктора из канала БВ, но все понимали, что расчеты эти могут не оправдаться. Поэтому вдоль всей будущей трассы БВ – его «пуля» мчалась где-то в трех-четырех светонеделях отсюда – были расставлены зонды с видеоаппаратурой, что позволяло надеяться поймать момент «второго пришествия» самого странного и могучего из всех встреченных человеком существ.

Двое суток провел спейсер «Борисфен» у вычисленного района – именно столько требовалось БВ на преодоление оставшегося расстояния до встречи с чужанским «пакетом послов», – непрерывно щупая пространство вокруг, ведя переговоры с Землей и другими земными аппаратами, готовясь к церемонии встречи. К исходу вторых суток напряжение, в котором жили земляне, достигло предела. В жизнь человечества снова вторгалось Неведомое, Непознанное и, может быть, Непостижимое, и редко у кого из людей не учащалось дыхание и не ускорялось сердцебиение при мысли об этом.

Последние несколько часов до определенного расчетами момента времени пассажиры «Борисфена» провели в десантном зале спейсера, тесно сдвинув кресла, превращавшиеся при необходимости в защитные коконы с автономным жизнеобеспечением. Железовский сидел между Бояновой и Баренцем, а левее и чуть впереди сидели Грехов и Анастасия Демидова. Все предположения были уже обговорены, новости обсуждены, и тишину в зале лишь изредка нарушали тихие реплики пограничников да односложные вопросы-ответы команды спейсера.

Обзорные виомы зала были включены, отчего казалось, что площадка с группой кресел висит прямо в космосе, окруженная черной бездной с роями великолепных немигающих звезд.