Возвращение блудного Конструктора

– Слышу, – отозвался инк. – Мы поддерживаем четыре прямых «струны» метро с Землей, все четыре находятся под контролем погранслужбы на базах «Радимич-2», «Финн» и «Оймякон».

– Гони «полундру» на базы! Отключи метро с «Финном» и «Оймяконом», заблокируй отсеки метро на всех кораблях флота! Заблокируй на «Перуне» все помещения и коридоры! Пропуск в рубку и зал управления – только по моей команде. Пропусти ДД.

– Принял. К сведению: на спейсер прибыли Грехов, Баренц и Боянова.

– Что? – Ратибор споткнулся, оглядываясь на спешащего следом Железовского.

Сварог хладнокровно повторил сообщение.

– К метро! – скомандовал Аристарх. – Кажется, мы опоздали с его отключением.

Лифт за несколько секунд доставил их к отсеку метро, где они столкнулись со спешащими навстречу гостями. Боянова и Баренц были одеты в серо-голубые кокосы, Грехов, по обыкновению, – в черный комби с узором выпуклых блестящих ромбов и квадратов непонятного назначения.

– Мы опередили их всего на минуту-две, – хмуро сказал проконсул, – и не успели предупредить. Сейчас они будут здесь.

Ратибор сделал движение – поправить эмкан связи, Грехов мельком посмотрел на него.

– Не успеете и вы. Обычные методы для задержания К-мигрантов неприменимы, можно только взорвать спейсер вместе с ними."

"– И с нами, – усмехнулась Боянова, глядя на Железовского. – К сожалению, я оказалась права, Аристарх. Мы подходим к пределу, к роковой черте, и с другой стороны.

– Внимание, по сорока двум векторам вижу приближающиеся объекты, – доложил Сварог. – Половина объектов находится в пределах зон поражения.

– «Серые» начали атаку, – спокойно сказал Баренц.

Ратибор глубоко вздохнул и, глядя на кивнувшего едва заметно Железовского, занемевшими губами приказал открыть огонь на поражение. Жалости к «серым людям», запрограммированным волей К-мигрантов на самоуничтожение, он почти не чувствовал, помня, какой может оказаться цена этой жалости и промедления.

В этот момент створки двери финиш-камеры метро разошлись лепестками диафрагмы, и первое, что почувствовали люди, – оглушающий шумовой удар пси-поля! Ратибор устоял только потому, что половину мощности волны принял на себя защитный экран, но и оставшейся доли пси-импульса было слишком много: показалось, что все вокруг искривилось, потолок отсека провис, пол вспучился, стены оплыли книзу, как пластилиновые, фигуры товарищей превратились в плоские листы с котлообразными головами! Воздух в отсеке загустел и задрожал жарким маревом, будто нагретый до высоких температур. Каким образом из камеры метро выбрались К-мигранты, Ратибор не заметил. Но не упал – кто-то поддержал его под локоть.

К-мигрантов было десять, хотя Ратибор не сразу узнал, кто есть кто, борясь с болезненным головокружением.