Вознесенная грехом

Я мимолетно коснулся ее щеки, желая запечатлеть образ ее лица в своем сознании, чтобы вспомнить его в свои последние минуты.

Марселла

Послышались шаги, и дверь захлопнулась.

– Забаррикадируйте дверь! – закричал Эрл. Я задержала дыхание, осознав, что он в клубе и, судя по множеству голосов, с ним было несколько мужчин. Мы с Мэддоксом оказались в ловушке.

– Эрл! – взревел папа. – Я даю тебе пять секунд, чтобы ты отдал мне мою дочь, иначе я снесу этот чертов дом и разорву тебя и твою проклятую семью на куски.

Мое сердце наполнилось облегчением от звуков родного голоса.

– Пошел ты! Я пришлю тебе ее голову, и это все, что ты получишь. Мы оставим ее ледяную киску себе, чтобы она развлекала нас.

Мышцы Мэддокса напряглись, когда он поднял оружие.

– Оставайся на месте, – одними губами произнес он. Раздался еще один взрыв, и по комнате разлетелись осколки. Какой-то мужчина, пошатываясь, направился к нам, вероятно, в поисках укрытия.

– Президент, они…

Мэддокс выстрелил ему в голову прежде, чем он успел закончить предложение, и начался настоящий ад. От раздававшихся выстрелов у меня зазвенело в ушах. Мэддокс вскочил, поднимая оружие.

– Эрл, не будь идиотом. Все умрут из-за твоего эго.

Мэддокс пригнулся, и пуля пробила еще одну бутылку из-под ликера.

– Проклятые собаки, я их всех утоплю.

– Ради всего святого! Будь благоразумным и отдай Марселлу!

Раздались новые выстрелы, за которыми последовал звук ломающегося дерева. Мгновение спустя что-то с громким стуком упало на землю.

– Дверь внизу! – закричал кто-то.

Мэддокс вскочил на ноги, когда появился Гуннар с ножом в руках. Они сцепились. Было очевидно, что Мэддокс не хотел убивать пожилого мужчину. В итоге Мэддоксу удалось нанести ему сильный удар в висок. Гуннар рухнул на пол и больше не шевелился.

Следующему байкеру, бросившемуся на Мэддокса, повезло меньше. Мэддокс вонзил нож в его грудь. Меня начало трясти, в ушах звенело от выстрелов и криков боли раненых. Может, я умру прямо на глазах у папы.

Брызги крови покрывали деревянные доски и стены. Мэддокс вышел из укрытия и выстрелил. Я подползла вперед, выглядывая из-за стойки. Вокруг царила жестокая бойня. Кровь и части тел разлетелись по полу. И посреди всего этого стояли папа, Маттео, Амо и несколько солдат Семьи, прямо перед входной дверью, где Эрл и его люди спрятались за перевернутым бильярдным столом. Мне потребовалось несколько минут, чтобы узнать Амо. Его глаза были дикими, а в правой руке он держал топор, покрытый кровью и плотью. Я не знала, скольких байкеров он зверски убил. Это был не тот Амо, которого я помнила.

Брат, которого я знала в прошлом, воспринимал бои, как забавную игру. В будущем ему предстояло стать доном, но он еще не был к этому готов.