Возьму тебя навсегда

Добежала до туалета, склонилась над раковиной и запустила пальцы под ледяную воду, погрузила их по самые кисти, позволив воде бежать по дрожащим пальцам.

В туалет вошла одна девица и начала подкрашивать губы. Она скосила на меня взгляд и фыркнула:

– Здесь вообще руки ополаскивают, а не моют по самые локти! Дикая какая-то!

Я метнула в ее сторону сердитый взгляд. Девица вздрогнула, ее палец соскользнул и помада вышла криво на пухлых губах. Студентка ахнула, быстро вытерла салфеткой свой рот и выбежала, стуча каблучками. Словно привидение увидела!

Я бросила взгляд на свое отражение и поняла, что именно так я и выглядела: бледная-бледная, осунувшаяся и потерявшая блеск в глазах!

Вот что со мной делали чувства к Абрамову – просто вытягивали все жизненные соки, лишали радости к жизни…

Я долго-долго стояла так, пока ледяные потоки полностью не выбили все тепло из тела и стало совсем холодно.

Но зато эмоции тоже схлынули, просто сошли на нет, и на их месте возникло опустошение, какого не было никогда ранее.

Я умылась прохладной водой, немного пощипала свои щеки, чтобы они выглядели румяными, и вышла.

Поняла, что прогуляла одну пару, судорожно вспомнила, какое это было занятие: семинар по микроэкономике. Вздохнула с облегчением, у меня были хорошие отношения с преподавателем, думаю, смогу объясниться.

Сверилась с часами: оставалось немного времени до конца занятия. Я вышла на свежий воздух.

Словно в насмешку над моим хмурым настроением, на улице ярко светило солнышко, ласкало горячими лучами кожу. Я прогулялась по территории, просто бродила, была погружена в свои мысли. Когда из корпуса высыпали студенты, я поняла, что занятие закончилось, началась переменка.

Решила не толкаться среди этих выскочек, пошла обратно, не обращая внимания на взгляды. Кое-кто ухмылялся, я даже услышала, как обсуждали происшествие перед занятиями, когда меня окружили толпой и хотели поиздеваться. Но открыто никто приблизиться не решался. Вряд ли они испугались моего отрешенного вида… Скорее, они просто заняли позицию наблюдателей и решили посмотреть, понаблюдать, как будет вести себя Марк, Его Высочество Мудак, Абрамов.

Пусть так!

Я не собиралась сдаваться и уезжать, просто потому что Он вернулся.

– Маша, Машенька, постой!

Голос знакомый!

Через секунду меня догнал Паша и приобнял за плечи.

– Что стряслось? На тебе лица нет, а руки совсем ледяные! – цыкнул он, взяв мои пальцы в свои ладони и погладил их. – Я кое-что…

Остальные слова Паши потонули в громком гоготе и матерках. Я обернулась через плечо, увидев, как по двору шел Марк в сопровождении своей свиты.

Все как всегда. Он держался выше всех остальных, рядом был его друг-боксер Кирилл, и еще несколько приближенных.