Возможно мы…

Уже дома у сестры, обняв племянников, снова ощутил то сладостное чувство свободы и семьи. Нас собралась большая компания, все свои, близкие и мои родные. Каждый смотрел на меня так, как будто я чудом вернулся с того света.

– Всё готово! Давайте за стол!

Вечер пролетел незаметно, мы много разговаривали, а ведь было о чём, много всего накопилось за полгода. Всё это время я держал Кнопку за руку и чувствовал, как она боится расслабить, разжать свою, чтобы не отпустить. Смешная, сколько раз за вечер я шептал ей на ухо, что больше никуда не денусь, но она лишь кивала и теснее прижималась.

– Маша, я, конечно, всё понимаю, но осталось ещё одно дело, и мы закроем этот гештальт. Во вторник надо появиться на первом заседании, дать судье свои показания, а дальше я всё сделаю, чтобы дело шло без тебя.

Все разом замолчали, смотря во все глаза на Сашу. Ольга прикрыла глаза, Медведь выругался, а моя Кнопка напряглась. Странно. Я ничего не понимал.

– О чём ты говоришь?

– Мы не хотели тебе говорить по телефону…

– О чём?

Я переводил взгляд с одного на другого.

– Я сама.

– Я не знал. Расскажи, Маш.

Я повернулся к Маше и увидел её нервозность, страх и что-то ещё. Мне это абсолютно не понравилось. Я погладил её по щеке, она накрыла мою руку своей, повернула голову и поцеловала мою ладонь.

– Серёж. Всё хорошо, уже всё хорошо.

– Машунь, мне не нравится такое начало.

– Прости. Две недели назад Скворцов попытался отомстить, но у него ничего не вышло.

Маша стала рассказывать всё с самого начала, а я с каждым сказанным ею словом всё больше холодел. Когда она закончила, я был в ужасе от понимания того, что мой ночной кошмар сбылся. Притянул любимую к себе и уткнулся в её волосы, я не мог говорить, не мог спокойно дышать. Одна мысль крутилась в голове, от которой страх пробирал до костей, заставляя сердце сжиматься сильнее – «Я мог её потерять…».

– Серёга, Маша у тебя молодец. Скворцову уже выдвинули обвинения, я постарался, чтобы это дело не затягивали, а быстрее закрыли. Лично буду его обвинителем и требовать максимальный срок в 15 лет.

– Я видел это…

Я повернулся к остальным, чтобы всё рассказать.

– В смысле?

– Накануне плена мне приснился кошмар. Как сейчас помню, что проснулся в холодном поту, даже не мог понять, где нахожусь. Тут же побежал в штаб, чтобы дали срочный звонок, но мне отказали, а потом нас захватили…

Маша прильнула к моей груди, обвила руками торс, поцеловала в шею и тихо спросила.

– Что тебе приснилось?

– Ты. Ты стояла с ужасом в глазах, а твои руки были в крови, в одной ты держала нож.

– С ума сойти! – охнула Ольга. – А Маше снился твой плен. Вы как будто прочно связаны невидимыми нитями.

Теперь я удивился, поднял брови и посмотрел на Кнопку.

– Потом расскажу.