Возлюбленная виконта

Рука с расческой повисла в воздухе.

— Ничего страшного. Просто мне в голову пришла глупая мысль, что я не способна кое-что сделать. Сегодня я снова отправлюсь навестить арендаторов. Так что собери мою повседневную одежду, пожалуйста.

Белле казалось, что все идет хорошо. Она ехала в кабриолете, конюх держал вожжи, Гвен сидела рядом с ней. Ей хотелось бы научиться править лошадьми, но Эллиотт и слышать не хотел об этом, пока она беременна. Даже на территории имения она должна была ходить вместе с Гвен и конюхом.

— Вы балуете меня, — заметила она, стараясь говорить непринужденно, надеясь, что он пообещает вести ее сам, чтобы они могли остаться наедине. Тогда она могла бы посмотреть, как он работает.

— Я присматриваю за вами, — лишь ответил он и ушел. Время, проводимое за завтраком, становилось исключительно ценным. Обеды проходили по всей форме. За столом они сидели одни. Эллиотт давал ей новые уроки. Эта формальность продолжалась вечером, они осторожно беседовали на нейтральные темы за чаем, но никогда не переставали думать о предстоящей встрече в спальне. После этого наступала чудесная пора любви, затем одиночество в роскошной постели.

— Миссис Трабшоу, миледи, — объявил конюх, останавливаясь перед домиком с провисшей крышей и заросшим садом. — Вы говорили, что сегодня хотите начать с этого места.

Белла вышла из кабриолета и заставила себя думать о том, что ей неподвластно. Миссис Фэншоу рассказала ей о семействе Трабшоу. Отец убежал от лесников, преследовавших его за браконьерство. Его не видели целых семь месяцев. У старшей дочери была искалечена нога, она передвигалась на костылях. Сын быстро шел по тому же преступному пути, что и его отец, а миссис Трабшоу была на последнем месяце беременности. Ребенок мог появиться со дня на день.

— Это семейство настоящее бедствие, — тихо сказала Гвен, несшая корзинку, которую Белла собрала сегодня утром. Сыр, бекон, масло, немного одежды, детские пеленки и деньги. Все это могло облегчить жизнь, но лишь на короткое время.

Дверь открыл мальчик и угрюмо взглянул на гостей.

— Доброе утро. Твоя мама дома?

— Угу. Миледи, — добавил он, когда Гвен подняла руку, чтобы дать ему подзатыльник. Белла глубоко вдохнула свежий воздух и вошла в зловонный, душный домик.

— Это список того, что, по-моему, следует починить. — Арабелла пододвинула бумагу через стол к Эллиотту. — Я посетила домики, где, по словам миссис Фэншоу, живут самые нуждающиеся семьи, так что, возможно, я еще не видела худшие из них.

Эллиотт взял список. В нем были перечислены не только дефекты, но и нередко их причины.

— Отсыревшие стены, осыпающаяся штукатурка, густо разросшиеся кустарники, расположенные близко к дому, сломанные кровельные желоба, — прочитал он напротив одного пункта.