Возлюбленная

Лили, я не хочу, чтобы ты жила на улице, однако и против твоей воли я тебя туда не повезу. Хочу, чтобы ты поехала с нами, – он пальцем обвел контур ее губ, и в его глазах вспыхнул огонь. – Милая, давай просто посмотрим, куда это нас приведет. Позволь нам позаботиться о тебе.

На долю секунды ее озадачило заявление Сета, и ее взгляд заметался от одного брата к другому. Боль в руке была уже не такой острой, и Лили затаила дыхание, забыв о ней. Сет находился близко, очень близко, и внезапно она ощутила желание, чтобы он ее поцеловал. Но еще хуже, что такое же непреодолимое желание у нее появилось и по отношению к Майклу. Она хотела ощутить его прикосновения, хотела наслаждаться его ласковым и нежным голосом.

А все потому, что ей пришлось слишком долго жить в изоляции от людей. Что они там говорили о животных, изголодавшихся по любви? Они бы позволили любому приручить себя? Так вот именно так она себя и чувствовала. Лишенной эмоций. Лишенной базовых человеческих потребностей в любви и принятии.

Она их не заслужила. Но боже, как она их хотела.

– Лили? – прервал ее размышления Сет.

Она медленно кивнула.

Почему-то она ожидала увидеть проблеск триумфа в его глазах, но увиденное больше напоминало облегчение. Самые дальние уголки ее души начали оттаивать при одной лишь мысли, что он беспокоился за нее. Что волновался.

– Так, перед тем как мы уедем, я должен спросить тебя кое о чем, – продолжил Сет. – И я хочу, чтобы ты была со мной честна. Ты попала в какие-то неприятности? Потому что если это так, я смогу тебе помочь.

Лили покачала головой. Никаких неприятностей, о которых он говорил, не было. Полицейский внутри него вероятнее всего полагал, что она беглянка.

– Ладно, но ты от кого-то бежишь? – спросив, он прищурился и сжал челюсти. – Кто-то причинил тебе боль? Я не хочу подвергать опасности свою семью, когда привезу тебя туда, особенно, если есть какая-то угроза, о которой я должен знать. И если есть, ты должна сказать мне об этом, чтобы я мог ее устранить.

Девушка вновь помотала головой и увидела разочарование в глазах Сета и Майкла.

– Нет ничего такого, – тихо произнесла она. – Вы можете мне не верить, но я никогда бы не подвергла опасности вас и вашу семью. И я пойму, если вы больше не захотите… это делать.

Некоторые ошибки нельзя было назвать ужасными или наоборот невинными. Нет, за ней никто не гнался. Но это не значит, что она не совершила что-то ужасное.

Время не ослабило ни чувство вины, ни боль, но со временем она научилась заглушать их.

– Мы принимаем этот ответ. До поры до времени, – предупреждающий тон Майкла дал понять, что вечно избегать этой темы они ей не позволят. И, быть может, «до поры до времени» было ей как раз и нужно. Всего лишь ненадолго стать кем-то другим.