Возлюбленная

И тогда она начала рисовать. Она полностью погрузилась в творческий процесс. Временами прерывалась и бормотала себе что-то под нос, потом хмурилась, если линии выходили так себе. Она тщательно следила за цветом и смешивала оттенки, если у нее не оказывалось необходимого цвета.

Спина заболела, но Лили продолжала рисовать. Начав, она уже не могла остановиться. Это было словно наваждение. Будто ее пальцы ожили. Она была в восторге от того, как порхала ее рука по бумаге.

Ее запястье свело, потому что пальцами слишком крепко сжимала карандаши, но она продолжала рисовать, стремясь достичь совершенства.

Солнце уже начало опускаться за горизонт, когда ветер донес до нее звук ее имени. Она выпрямилась и едва не упала, потому что каждый мускул ее тела завыл от боли.

Это было совсем близко. Она нахмурилась. Голос похож на Диллона. Она потянулась, чтобы размять ноющую спину, а когда попыталась встать, колени подогнулись, и она шлепнулась на камень.

– Чет возьми, – пробормотала она.

Этот окрик был похож на Майкла.

– Я здесь! – крикнула она.

Вспомнив о разбросанных карандашах, валяющихся теперь на земле, она слезла с камня и, встав на колени, начала распихивать их по карманам.

– Я тут! – снова выкрикнула она. – Одну минуту. Уже иду, – она едва успела захлопнуть альбом для рисования, как из-за угла показались Майкл и Диллон.

– Где ты, черт возьми, пропадала? – потребовал ответа Майкл. – Все ужасно за тебя волнуются.

Диллон поднес ко рту рацию и произнес:

– Мы нашли ее. Она в порядке.

Лили смущенно заморгала.

– Ваша мама знала, куда я направилась.

Диллон в раздражении нахмурился.

– Лили, это было несколько часов назад. Ты пропустила ланч.

Подняв руку, Майкл указал на небо, которое теперь пылало оттенками розового, фиолетового и золотого.

– Тебя не было больше шести часов.

– Я сожалею. Правда. Я и понятия не имела.

Диллон посмотрел на зажатый в ее руках альбом.

– Чем ты занималась?

– Да так, ничем особенным, – пробормотала Лили. – Хотелось сделать Кали сюрприз.

Майкл наклонил голову на бок.

– Что же это такое надо было сделать для Кали, что заставило тебя потерять счет времени и пропасть не шесть часов?

Лили опустила голову, и карандаши выпали из кармана и посыпались на землю.

Майкл и Диллон наклонились собрать карандаши, и Лили отступила на шаг назад, крепко прикусив нижнюю губу.

– Лили? – мягко спросил Майкл. – Что происходит? Все в порядке?

– Я рисовала, – тихим голосом произнесла она. Настолько тихим, что оба мужчины подались вперед, чтобы расслышать. – Я хотела нарисовать Луг Кали для нее. Ничего особенного. Вышло не очень, но я знаю, ей здесь нравится, и я подумала, что это могло бы ее поддержать.

– Могу я взглянуть? – с любопытством спросил Диллон, протягивая руку к альбому.