Возле Тьмы. Чужой

— Джо, в ту сторону нельзя! Никак нельзя! — заорал я в рацию. — Уходи в противоположную.

В ответ я услышал только ругательства, но машина изменила направление, метнувшись в проезд между домами и подпрыгнув на низком бордюре. Прямо у меня над головой пронеслась толстая ветка, чуть не вышибив мне мозги, в одном месте бешено несущийся грузовик завалил низкую оградку, затем машина вылетела на параллельную улицу, чуть присела на подвеске, спрыгнув с бордюра, а затем ввинтилась в поворот, завиляв кузовом так, что у меня чуть голова не оторвалась.

Таранить тварей не получалось: они уворачивались от несущихся на них трех тонн металла, а может, их еще и отпугивал яркий свет всех фар, дальнего света и включенной «люстры». Это помогало, потому что броситься на меня сбоку они не успевали, а оказавшись сзади, попадали под пулеметный огонь. Не думаю, что я многих убил, но они старались увернуться от пуль и отставали, а машина, которую тащил могучий двигатель, все набирала и набирала скорость.

Неожиданно включился еще ряд фар на крыше, залив светом пространство за машиной, и это вроде как опять напугало тварей на какой-то момент, они опять приотстали. Оказывается, «люстра» могла светить не только вперед, но и назад. Я успел еще поменять ленту до того, как мелкая тварь, похожая на мартыхая, запрыгнула на борт кузова, вцепившись в бронелист, и я расстрелял в нее остаток патронов из двадцатизарядного магазина «фала», сбив ее за борт."

"Потом вновь была стрельба, за нами катилась самая настоящая волна монстров, разных — крупных, мелких, визжащих, воющих, — словно врата ада раскрылись, выплеснув на улицы мертвого городка все содержимое преисподней. Пулемет грохотал почти не останавливаясь, выплевывая ленту за лентой. После пятой я вытащил горячий ствол, обжегшись так, словно схватился за раскаленную сковородку, швырнул его на дно кузова и воткнул на его место новый, холодный, выдернув его из держателя на вертлюге, спасибо автору этой толковой конструкции.

Когда волна тварей начала отставать, опять случилось то, чего я уже ожидал: твари выставили «чемпиона». Огромная «гончая», неожиданно быстро и страшно ускорившись, складываясь почти пополам в прыжках, рванулась за нами следом в последней отчаянной попытке не дать нам уйти. Она рванула не по прямой, а по дуге, по запущенным сухим газонам перед домами, за брошенными машинами, которые прикрыли ее от пулеметного огня. Пусть пули и прошивали их насквозь, но они не дали взять тварь в прицел. И понимая, что она нас сейчас все же догонит, я сделал то единственное, что должен был сделать, — бросил пулемет и, нагнувшись, начал вытаскивать из подсумка висящей на кресле трофейной разгрузки полный магазин для «фала».