Возле Тьмы. Чужой

 — Эти пятна — они как раковая опухоль, они начинают давать метастазы. Метастазы всегда тянутся к местам скопления людей. Ключ ко всему — темнота. Представь себе запертый подвал, в который не попадает ни луча света. Или гараж. Насколько я успел заметить, суток такой темноты достаточно для того, чтобы там могло что-то зародиться…

— Что именно?

— Тварь. Трупоед. Много трупоедов. Я сам был свидетелем, как в Гарден-Сити, Канзас, из такого запертого дома твари напали на людей в таком месте, которое всегда считалось безопасным.

Грузовики выехали на хайвэй, широкий и пустынный, свернув к северу. А я продолжал выкладывать все свои знания о проявлениях Тьмы, стараясь при этом особо не пророчествовать, а удерживать себя в рамках наиболее очевидного на настоящий момент. Потому что источником моих знаний, с моих же слов, было время, проведенное в одиночестве в Колорадо. Вроде как я там чуть ли не эксперименты ставил. Но такая версия, кажется, проскочила.

Рассвет между тем вступал в свои права. Небо становилось все светлее, оно было голубым, окаймленным розовым, огромное пурпурное солнце вставало из-за низких холмов. На западе из темноты проступили силуэты гор, сейчас темно-синие, словно бы вырезанные из бумаги и наклеенные на небесный свод. Легкий свежий ветерок колебал сухую траву на склонах пологих холмов, звук двигателя словно бы вяз в окружающей тишине, неспособный поколебать спокойствия природы.

— А красиво как, — сказал я, прервав свои объяснения.

— Это Вайоминг, парень, — ответил Джо так, словно вообще удивившись моему заявлению. Зачем говорить о том, что и так всем понятно?

Заговорила рация Джо, стоящая в заряднике на центральной консоли:

— Подъезжаем к Шеридану.

— Вижу, еще не ослеп, — ответил Джо, после чего уже ко мне обратился: — В Шеридане «мутное пятно», могут быть трупоеды, так что внимательно. И дверь заблокируй, а то со мной случай был: одна тварь за ручку так ловко ухватилась, что дверь распахнулась и меня чуть наружу не выдернули.

— Я теперь всегда блокирую.

— Ну и правильно.

Опять рация:

— Уйдем на Восемьдесят седьмое и проедем мимо аэропорта. Нам потом на Дэйтон.

Джо опять подхватил рацию из зарядника, сказал в нее:

— Годится, веди.

— Объедем город? — уточнил я.

— Хотя бы места с «пятнами».

— Понял.

Грузовики свернули сначала на узкое «шоссе-перемычку», а потом выехали на другое, идущее параллельно большому хайвэю, постепенно от него удаляясь. Справа и слева мелькнуло несколько опустевших ферм, а заодно я обратил внимание на то, как приблизились горы. И пейзаж малость изменился. Если справа так и были все те же холмы с сухой прошлогодней травой, то слева земля словно бы немного опустилась в длинную широкую низину, появилось много небольших рощиц.