Тайный советник вождя

— Складывается впечатление, что автор не выступает решительно за полное господство новых плановых отношений, оставляя место для отношений товарных. Так ли это?"

"— Да, так. Нельзя, товарищ Маленков, оголтело гнать лошадей, не разбирая дороги. Нельзя, товарищи, не проходить через этапы развития, а пытаться перепрыгнуть через них. Упадешь, лоб расшибешь. Поэтому мы критикуем в своей работе, с одной стороны, тех, кто считает, что Советская власть «все может», что ей «все нипочем», что она способна уничтожать законы науки, формировать новые законы. Это неправильно. Это ошибочно… — Передохнув, продолжал: — С другой стороны, мы критикуем тех, кто считает: поскольку социалистическое общество не ликвидирует товарные формы производства, у нас должны быть якобы восстановлены все экономические категории, свойственные капитализму. Это столь же ошибочно. Еще раз подчеркиваю: продолжая движение по пути социализма к плановой экономике, мы при этом не будем нарушать научные законы, не станем перескакивать через этапы развития. Будем спокойно и уравновешенно строить будущее. Возможны, конечно, какие-то ошибки, какие-то зигзаги, но стратегия нам ясна. Время и история работают на нас, на социализм и коммунизм, — подвел итог Иосиф Виссарионович.

Вопрос Маленкова и ответ на него особенно заинтересовали меня, вспоминал их при тех «правителях», которые пришли после Сталина. Хрущев, например, стремясь напакостить Иосифу Виссарионовичу, напакостил прежде всего народу нашей страны. Вот хотя бы один факт разрушения того эффективного экономического механизма, который оставил после себя Сталин. В 1957 году было решено перейти от отраслевого управления промышленностью к территориальному. Полный идиотизм! Именно отраслевые министерства осуществляли единое, сбалансированное руководство производством и научно-технический прогресс на огромных, разнообразных по условиям и возможностям территориях нашей страны. Местные власти просто не могли в достаточной степени концентрировать в своих отдельных регионах материальные средства и научные силы. Координировала центральная власть. Но ее значение было подорвано. Вот и тормоз, помноженный на свистопляску всевозможных реорганизаций, на которые горазд был экспансивный и недальновидный Никита Сергеевич. Отсюда — нарастание центробежных устремлений в союзных республиках, в автономиях, даже в областях. Были и другие новации, с которыми не только через двадцать лет, как безответственно обещал Хрущев, но и через сто лет невозможно подойти к коммунизму.

Выхолостил Хрущев учение об экономике социализма. А преемник его Брежнев вообще в сложных проблемах не разбирался, пустил все на самотек, кроме интриганства в борьбе за власть.