Тайный советник вождя

Свои традиции, общая забота о конском составе и многое другое связывали в кавалерии людей. Это и учитывал Сталин, активно поддерживая, продвигая по инстанциям идею создания мощного кавалерийского соединения. И обязательно под руководством Буденного и Ворошилова, которые относились к Троцкому, как и сам Иосиф Виссарионович. Проверенные по Царицыну люди, такие, как Щаденко и Пархоменко, помогут укрепить руководство во всех звеньях, выдвинут на командные должности надежных людей. Это будет такой орешек, который не по зубам никакому противнику: ни белогвардейцам, ни Троцкому.

И вот — действует Реввоенсовет Первой Конной. Теперь у Сталина есть на всякий случай надежная военная сила. Оставалось решить еще один вопрос — о партийности Семена Михайловича. Станет он коммунистом — возрастет роль большевиков в армии, да и самому Буденному будет легче руководить войсками с помощью партийцев. И вообще: много ли в Красной Армии на высоких должностях выходцев из самых низов да еще с партийным билетом в кармане?! Единицы. Попробуй сними такого!

После утреннего заседания в Велико-Михайловке Ворошилов, а затем Сталин каждый порознь беседовали с Семеном Михайловичем. О чем говорили — не знаю, но на вечернем заседании, когда два Реввоенсовета (Южного фронта и Первой Конной) продолжили совместную работу, Иосиф Виссарионович прежде всего заговорил о Буденном. Вот, мол, Семен Михайлович давно и всей душой стремится стать членом партии, делами доказал преданность революции, но до сих пор в горячке событий не может оформить свое членство.

— Когда вы подавали заявление о желании вступить в партию? — спросил Сталин.

— Еще весной, — приподнялся Буденный.

— И что же?

— Ответа из политотдела десятой армии не получил.

— Вот видите, — развел руками Иосиф Виссарионович. — Могло быть так, товарищ Егоров, вы тогда командовали десятой?

— Командовал армией, но не политотделом, — уточнил Александр Ильич.

— И все же, как вы думаете, почему Семену Михайловичу не дали ответа?

— Бои начались, марши, переброски… Меня ранило, да и корпус Буденного вскоре вышел из подчинения десятой.

— А могли быть в политотделе недобросовестные работники? — продолжал Сталин.

— Не берусь судить. Но ответ обязаны были дать, — сказал Егоров."

"— К сожалению, в этом вопросе была допущена явная ошибка. Мы, товарищи, можем исправить ее, — предложил Иосиф Виссарионович. — Я лично даю рекомендацию товарищу Буденному и не сомневаюсь, что он оправдает доверие. Кто еще?

— Я рекомендую товарища Буденного, — сказал Ворошилов.

— И я даю свою рекомендацию, — присоединился Щаденко.

— Очень хорошо, — резюмировал Иосиф Виссарионович, — Предлагаю принять товарища Буденного в наши ряды и считать его членом РКП(б) с момента подачи заявления.