Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

И совсем скоро, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, бесцеремонно вломилась в кабинет Каримова. Без стука. Опять. Отвлекшись от бумаг, мужчина впился в нее до жути «приветливым» взглядом и сухо резюмировал:

— Это входит у тебя в привычку! Попова, ты, смотрю, совсем обнаглела?

Прислонившись спиной к дверному косяку, она промямлила, пытаясь отдышаться:

— Простите! Там… это…

— Я сегодня услышу от тебя внятную речь?

— Вы же тогда пошутили, правда? Вы же не влепите мне прогул? Это незаконно! Я ни в чем не виновата! От меня ничего не зависит! Он сам приперся!

— Кто?

— Илья!

— Хм! — прозвучало иронично. — Исчерпывающая информация!

— Илья — мой парень бывший! — на эмоциях Юля повысила голос. — Ну, помните, тот… с цветами? Это из-за него меня Кристина в лес… а… а вы куда?

— Здесь будь! — прилетело в ответ. — Прямо здесь! На этом самом месте!

Ничего не объясняя, Марат довольно грубо оттеснил ее со своего пути.

А мгновение спустя и вовсе торопливо выскочил из собственного кабинета.

Глава 17

Оставшись в гордом одиночестве, Юля уставилась в одну точку потерянным взглядом. От нехороших предчувствий в жилах стыла кровь. И под ложечкой сосало от волнения. Не говоря уже о том, как дико в груди трепыхалось сердце. Воцарившаяся тишина давила на нее подобно гранитному булыжнику. Да так сильно, что трудно было даже дышать.

«Ну и зачем я это сделала? Получается, я натравила Каримова на Илью? Ой, мамочки! Гадко-то как! Только бы не подрались! Боже, о чем я думаю? Нет! Серп не поднимет руку на Жукова! Ведь… не поднимет же?»

Рефлекторно вцепившись зубами в костяшку указательного пальца, Юля принялась мерить помещение нервными шагами, хаотично передвигаясь по кабинету заведующего кафедрой. Вперед. Назад. Обратно. И по новой.

Но едва ли подобные манипуляции приносили ей облегчение."

"В конце концов, не придумав ничего умнее, Попова подошла к окну и распахнула его настежь. Свежий сентябрьский воздух тут же ударил в ноздри. Заполнил легкие. Зажмурившись до белой ряби в глазах, Юля полной грудью втянула спасительный кислород. Потом еще раз. И еще.

Все это время она повторяла про себя, точно мантру:

«Из двух зол я выбрала меньшее! Ну… вроде бы!»

Что ж. Ей искренне хотелось в это верить.

Распахнув глаза, девушка мазнула подушечкой пальцев по чуть шершавому подоконнику, машинально отмечая, что тот абсолютно чист. Ни намека на пыль. Следующие пять минут она провела у окна, любуясь видом на пустынный университетский дворик. Осень в этом году выдалась на удивление красивая и теплая. Но несмотря на самый разгар бабьего лета, в какой-то миг Юля зябко поежилась и плотно прикрыла оконную створку — в кабинете уже стало очень прохладно. А Каримов все не возвращался, вынуждая ее сходить с ума от неизвестности.