Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

И с каждой секундой все отчетливее понимала простую истину:

«Я никогда и ни к кому не чувствовала того, что чувствую к нему! С самой первой встречи. С первого взгляда. С прикосновения. Нет больше сил обманывать себя. Нет смысла отрицать — мне конец! Я влюбилась в него!»

* * *Прежде чем вернуться в общежитие, Юля забрела в продуктовый магазин.

Затарившись виноградом, шоколадом и бутылкой красного вина, Попова всерьез вознамерилась напиться до беспамятства. Как говорится: «выпьем с горя! Где же кружка?» Она была уверена, что соседки по комнате поддержат ее. Но поднявшись к себе, вновь обнаружила только одну Тоню.

— Эля снова укатила к своему, — пояснила Муравьева, пристально вглядываясь в ее лицо. — Юль? Все нормально?

На сей раз Попова отрицательно покачала головой.

Но рассказывать ничего не стала. Ее проблемы с доверием никуда не исчезли. Вместо этого она предложила ей выпить с ней по бокальчику вина.

Тяжело вздохнув, Антонина виновато протянула:

— Я бы с радостью, но не могу! Извини!"

"Юля удивленно вскинула брови.

— Почему не можешь?

Сверкнув абсолютно разъяренным взглядом, Тоня прошипела:

— Стоит мне хоть немного выпить, и я… обязательно натыкаюсь на член Егора! Ну нафиг! Не хочу рисковать!

«Рисковать» не стала и Юля. Выложив виноград и плитку шоколада на стол, убрала бутылку в холодильник. Употреблять спиртное ей тоже расхотелось.

Тем не менее, посоветовавшись, девушки решили отвлечься от проблем.

Выпасть из реальности и устроить пижамную вечеринку на двоих. Вооружившись вкусняшками, они расстелили на полу пушистый теплый плед, установили ноутбук и улеглись поудобнее.

Для своего импровизированного киносеанса они выбрали легендарный фильм «Поющие в терновнике», состоящий из четырех весьма длительных частей. Когда они досматривали последний, четвертый фильм, был уже глубокий вечер. Стрелки часов приближались к десяти. И если до этого момента Юле удавалось отвлечься, то теперь у нее началась самая настоящая ломка. Ее так и подмывало позвонить Марату. Зачем? Черт его знает! Но она привыкла, что они созванивались примерно в это время, если были не вместе.

— Да! — сочувствующе хмыкнула Тоня. — А Серп-то времени даром не терял! Совсем тебя зомбировал! Так и мечешься, бедолага!

Юля поморщилась, скрипнув зубами:

— Пожалуйста, не называй его так! — почти взмолилась. — Хотя бы при мне!

Муравьева вздохнула, пожала плечами и закинула в рот виноградину.

Однако съесть не успела — выплюнула ее, дабы не поперхнуться.

А было от чего! Дверь их комнаты внезапно распахнулась. Без стука.

С грохотом. Практически с пинка. Взвизгнув от страха, Юля вскочила на ноги. На пороге грозной скалой возвышался Каримов.

«Какого черта? — беззвучный вопль. — Как он здесь оказался?»

Прилетел.