Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

И не только ваших. Вот, – Владимир достал из принесенной папки несколько листов и протянул, – тут то, что мне удалось узнать о… эм… необычных членах экипажа.

– Очень интересно, – произнес Оржевский, бегло проглядывая лист. – А что же там произошло на самом деле?

– Да. Петр Васильевич написал таких небылиц, что, признаться, я стал опасаться за его душевное здоровье.

– Ничего особенно страшного там не произошло. Заметив, что он увязался за мной, я попросту решил его разыграть. Пока мы шли на винтовом пакетботе на юг, я успел изготовить костюм и муляж оружия. После прибытия – договорился со служителями храма разыграть друга. Вот и все… – развел руками Ульянов. – А темнота и зловещие ожидания довершили начатое мною дело.

– Да уж… – усмехнулся Оржевский. – Вряд ли он ожидал от вас такого ребячества.

– Перегнул палку. Каюсь.

– Но ничего страшного. Такой урок – тоже неплохая штука. Я передам ему ваши извинения. Однако вы молодец! Признаться, я не ожидал такой прыти. Как вы смогли просчитать ситуацию в Оцу?

– Как это ни странно, но все было на виду. Буквально с первой минуты заметил очень странное отношение местных к нам. В лицо улыбались. Фальшиво, но улыбались. Однако, когда им казалось, что на них не смотрят, эта лицемерная благожелательность уступала место презрению, граничащему с ненавистью. Это и навело меня на мысль о том, что здесь что-то не так.

– И только? – улыбнулся Оржевский. – Это ведь не повод подозревать покушение.

– Само по себе, конечно, нет. Но повысить бдительность вынудило. И в этом плане мне сильно повезло. Свита ревновала мое появление и старательно оттирала от Цесаревича, из-за чего я постоянно плелся где-то в хвосте, а то и вообще отставал. Это помогло мне заметить слежку. С первого дня. Согласитесь – зачем тайно следить за официальным гостем такого ранга, окруженного сопровождающими до такой степени, что он разве что в уборной может быть наедине с собой. И то – все подходы к оной оцеплены.

– Действительно, – кивнул Петр Васильевич.

– Поняв это, я стал пытаться вычислить, кто и зачем пытается следить за Цесаревичем. Именно за Николаем Александровичем. Его свита, и особенно те, кто плелся где-то в хвосте, их не интересовала совсем. Настолько, что я постоянно оттирался в сторонку и уже в свою очередь следил за наблюдателями. Их оказалось немного, что говорило либо о том, что они не умеют грамотно вести, либо у них нет подходящих ресурсов. После некоторых размышлений я остановился на втором варианте.

– Кому потребовалось бы вот так следить за гостем?

– Возможно. А зачем?

– Вряд ли. При таком плотном прикрытии попытка ограбления обречена на провал. Значит, им что-то нужно.