Вожак

Я вижу! Вижу, как не нравится ему этот разговор! Как бы он хотел вообще его не разговаривать! Но, так не выйдет! Не выйдет, чёрт возьми! Это нужно мне! Нужно!

— А как насчёт других? — спрашиваю безразлично, но голос мой дрогнул.

Потому что я боюсь узнать ответы. Теперь я боюсь приоткрывать его ящики! У него все ящики с секретами, чтоб его!

— Нет никаких других, сколько раз я должен это повторить? — вдруг психует Марат, повышая голос.

— Шшшшшш! — шикаю, боясь, что он разбудит Даура, потому что наш разговор происходит прямо над его спящей головой! Тихо рычу, подавшись вперёд. — Столько, сколько нужно!

Он бросает взгляд на коляску, а потом наклоняется ко мне и зло чеканит, понизив голос:

— Я повторю последний раз! Зара ничего для меня не значит. Сейчас приготовь свои уши, и запоминай, Мира. Запоминай навсегда. Пять лет назад я женился на девушке в ущерб всему. И я ни разу об этом не пожалел, поняла меня? Я люблю эту девушку. Всю целиком и блять каждый её непослушный кусочек в отдельности! Я не сраный поэт! Но, я сказал и повторю ещё, прости меня, так было нужно! Для нас всех. Возможно, я мог бы сделать по-другому, но у меня уже не будет второго шанса, и я не стану копаться в прошлом, у меня дохера дел в настоящем!

Запрокидываю голову и смеюсь сквозь слёзы.

Его логика…это как долбить стену тараном!

Его слова сжимают моё сердце, заставляют вибрировать душу…потому что я люблю его также…всего целиком и каждый его бескомпромиссный кусочек в отдельности!

Сдерживая слёзы, я пытаюсь…пытаюсь сказать самое главное:

— Ты не слышишь меня…не слушаешь…

Он молча ждёт, пока я соберусь с мыслями, сверля меня тяжёлым взглядом.

— Ты…господи… — я опять смеюсь, закрывая глаза, и продолжаю. — Ты никогда не берёшь в расчёт моё мнение…не считаешься с ним…делаешь только то, что нужно тебе. Моего слова будто не существует…я просила тебя быть осторожнее, а тебе плевать…

— Я знаю, что ты не была против. — Мрачно говорит он. — Иначе, был бы ""осторожнее"".

— Ты не спросил! — выкрикиваю я, и тут же кошусь на Даура. — Ты делаешь так с первого дня! Ты никогда не спрашиваешь меня, просто делаешь! Ты… — сжимаю кулаки, дыша глубже. — Я назвала нашего сына Дауром, а в документах он оказался Хакимом! — мой голос звенит от возмущения и обиды, когда я продолжаю, глядя на него. — Мы думали, это разгильдяйство, ошибка!..

Он молчит. Хмуро глядя в сторону.

— Как ты мог?! — выпаливаю я. — Как?.."

"— Я всё исправлю… — невнятно обещает он, поглядывая на меня виновато!

— Ты был с ней в тот день, — с болью говорю ему. — Потому что дурочка Мира всё стерпит! Кому вообще есть дело до её чувств, до её мыслей?!.

— Это не так! — снова повышает он голос.

— А как?! — исторгаю я из самых глубин своей души.

— Не так! — гаркает он.

По моей щеке бежит слеза.