Воздушные головорезы

Я с трудом выковыриваю из кармана чехол, а из него – телефон.

Бабка за дедку, дедка за репку.

– Простите. Андрей Павлович просит вас срочно приехать.

– На сей-то раз что приключилось?

– Новый заказ. Надо срочно обсудить.

Я с трудом просыпаюсь. Последнее слово означает не заказчика, а место, где надо встретиться. Но вызов действительно срочный.

Меры экстренной реанимации – энергетик. Банка с лошадиной дозой кофеина и таурина. Я выпиваю все это, смотрю на состав и некстати вспоминаю, что бензоат натрия – один из самых опасных консервантов. Он, говорят, и рак вызывает, и вообще черт знает что. Но эта проблема – самая меньшая из всех, какие у меня сейчас имеются.

Махачкала представляет собой потенциальный туристический центр, при правильной раскрутке способный выстрелить почище Дубая. Но пока в этом направлении не приложено самых минимальных усилий. Город напоминает роскошную петербургскую квартиру, в которой после 1917 года появилось много новых жильцов и хозяев.

Одно из самых отвратительных мест Махачкалы – это набережная. Для того чтобы облагородить ее, местными властями не предпринято даже самых минимальных усилий.

В Махачкале очень неудобно расположена железная дорога. Она идет параллельно морю, а вокзал расположен почти на самом берегу. Эта дорога отрезает город от воды и делает невозможным сколько-нибудь осмысленное освоение побережья. Бардак там еще тот. Да вы и сами представляете.

Параллельно железке идет автодорога, убитая в хлам. Ямы там такие, что могут прямо сейчас служить в качестве противотанковых рвов.

Но в городе есть места, где очень удобно тайно встречаться. В том числе и вот это, расположенное недалеко от центра.

Когда я останавливаю свою машину, шеф уже там. Недавно он каким-то левым способом пригнал из Грузии «Мерседес» и очень рад этому. Между нами и морем тянется дорога. Бродячие собаки роются в отбросах. На горизонте сгущаются тучи. Дело идет к грозе.

– Три часа сорок семь минут.

– Поспал столько. Три сорок семь.

– Ага. – Я зевнул. – А ее отсутствие. Чего звал-то?

– Клиентом твоим интересовался некий местный тип. Кстати, бывший журналист.

– Блогеры бывшими не бывают. Дерьма сейчас поднимется много, целый девятый вал. Ты за этим меня звал?

– Нет. Его загранпаспорт пробили. Тридцать шесть виз.

– Сколько? – ошалело переспрашиваю я.

– Виз в арабские страны не так много. Гораздо более интересны записи на камере.

– Подожди. Он что, карту памяти не менял?

– Похоже, что не менял.

– И что там интересного?

Андрей Павлович помедлил несколько секунд, потом сказал:

– Аэропорты там. Волгоград, новый в Ростове-на-Дону и московские.

Аэропорты – это серьезно. Чемпионат мира по футболу на носу. Все знают, что аэропорт – одна из самых лакомых мишеней для террористов.