Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Ура! Лифчик в цвет трусам все-таки пригодился! Не зря сегодня так тщательно собиралась, ох, не зря! Как чувствовала, что наконец дойдем до горяченького. Впрочем, и белье скоро оказалось отброшено за ненадобностью, а мы, как два голодных волка набросились друг на друга.

Он повалил меня на кровать, тут же набрасываясь сверху, а я подставляла губы для поцелуя, а сама пыталась справиться с застежкой на поясе. Проклятье, это посложнее чем мои пуговки будет. Северный откатился в сторону и сам, ругаясь на чем свет стоит, начал торопливо избавляться от джинсов, а я смотрела на него и чувствовала, что еще немного, еще чуть-чуть и просто сгорю дотла от того огня, что полыхал в крови.

Антон отшвырнул свои портки в сторону и вернулся ко мне.

— Давай живее! — сцепилась в его плечи, к себе сильнее притягивая. От нетерпения уже просто трясло. И меня, и его."

"А дальше поцелуи, прикосновения, рваные движения, дыхание одно на двоих и протяжные стоны. Вся моя Вселенная сжалась до размера одной комнаты, до человека, который сжимал меня в объятиях. Я просто растворилась в нем, отдалась на волю желаний и молила только об одном, чтобы он не останавливался.

***

Потом мы просто лежали на кровати. Я удобно устроилась на груди у Северного, закинув на него руку и ногу, и блаженно щурилась, чувствуя, как нега лениво плещется в усталом теле. Так хорошо. Мур.

— Раз уж мы с тобой, наконец, перешли на новую ступень, — чуть хрипловатым голосом пробасил Антон, — то хочу предложить тебе кое-что.

— Надеюсь, это разврат в разных позах?

— Почти, но нет.

— Эх, а я уж обрадовалась, — захихикала, как девчонка.

— Хулиганка, ты Кулакова. Я подумал, что если ты действительно созрела для переезда, то почему бы тебе не переехать ко мне? Смысл мотаться по съемным квартирам, если у меня лучше.

— У тебя нет нормальной мебели на кухне, — ляпнула первое, что пришло в голову.

— С мебелью разберемся. Это не проблема.

Сердце билось где-то в животе. Я приподнялась на одном локте и пристально заглянула ему в глаза, ожидая увидеть там насмешку или еще что-то в этом роде, но Северный был предельно серьезен. Настолько серьезен, что мне даже не по себе стало.

— Антон, ты действительно хочешь, чтобы я переехала к тебе? — осторожно уточнила, стараясь раньше времени не радоваться. Выходило плохо — дурацкая улыбка настойчиво прорывалась на поверхность. А еще мне хотелось на него наброситься и зацеловать, затискать, как плюшевого медвежонка.

— Да. — пожал плечами Северный, — ты же все равно после Нового года съезжаешь от родителей. Так почему бы тебе не съехать ко мне.

Да я с радостью! Хоть сейчас!

Но для вида включила неприступную барышню:

— Хорошо. Я подумаю над твоим предложением.