Вот и настал этот день (СИ)

Эту наглую рожу я везде узнаю. Гад. Опять спать не дает.

- Отвали, Дар, я сплю.

- Ну ты, блин, сурок! Тебя все потеряли, а он тут сопит в обе дырки.

- Я не соплю.

- Сопишь-сопишь. Я все слышал. Давай, улиточка, выковыривайся. Весь плед в песке извазюкал.

- Нифига. Эт его до меня кто-то активно пользовал. Не знаешь, кто?

- Не знаю. У нас другой был, зелененький.

- Ну, для своего успокоения буду считать, что я его чистым взял, значит, пусть мне будет стыдно.

- Ага, от твоего раскаяния он прям тут же на глазах очистился.

- Не занудствуй. Я встаю.

Офигеть! Все болит! Хренушки я еще на земле спать буду. С кряхтением я разогнулся, схватился за поясницу.

- Оу! – протянул Дар. - Как-то ты странно с утра двигаешься. А еще что болит? Попка там? Давай, расскажи дяде дохтуру…

- Отвали, дохтур. Всю спину застудил, а ты блин, прикалываешься. Ей-богу, не до смеха. Пилюльки какие-нибудь есть, дохтур? Капец, щас отвалится.

- Что, серьезно? Как ты вообще умудрился тут заснуть? – он подхватил меня под руку, помогая подняться на склон, ближе к дому. – Потерпи, в доме наверняка есть.

- Не знаю, как. Не собирался даже. А сколько времени?

- Десятый уж доходит.

- Фигасе, я вырубился. В семь хотел в дом идти.

- Тебе что с Катькой не спалось?

- Не могу я с ней спать. Вот не-спать – очень даже могу.

- Пошляк. За что только девчонки любят?

- Так и я их люблю. Всех. Никого обидеть не хочу.

- Кошмар. Я воспитал бабника! – закатив глаза и вскинув руку ко лбу, запричитал он.

- Точно! Теперь пожинай плоды! – засмеялся я.

В доме народ тусил на кухне, угощаясь кофием и остатками вчерашних разносолов.

- Всем привет и доброе утро! – бодро возвестил я.

- Привет, заблудшая душа. В каких боях невинно пострадавший? – заржал Алекс. – Дар, бедняжка, надорвался скорую медпомошь оказывать?

- Отвали, еще один дохтур нашелся.

- Шо, двух уже не выдюжишь?

Бля, в этом весь Алекс. Похабник и матершинник. А ведь вроде по заграницам обучался, ума палата, а все туда же…

- Не, дохтур, не выдюжу. Дай мне пилюльку и отвали. Пойду боевые травмы врачевать.

- Так, не понял, какие, нахер, пилюльки? Хватит на моем мальчике висеть, я тоже хочу."

"- На песочке придурок спал. Спину застудил, – Дар, говнюк, все выдал.

- Во молодец, везде успел, – Алекс пошарился в шкафчике, нарыл какой-то тюбик. – Держи, пострадавший. Катька дрыхнет еще, давай, дуй, Дар разотрет.

- Мерси-мерси, спаситель, благодетель мой…

- Все, валите уже. Шоб вернул в целости и сохранности.

- Чего, мазь? Ну, ты жмот, – засмеялся я. – Или кого? Так уж не знаю, как дело пойдет, хватит ли на тебя после меня!

- Пошли, остряк! – Дар шлепнул меня по заднице.

- Ай, придурок, больно!

- Да ты шо!? А гляди-ка, забегал, как здоровый, может, и спина прошла?

- Всё, пошли уже. Жрать охота.