Вот и я, Люба!

Она находилась в таком ужасном состоянии, что мне пришлось снова отправить её в клинику, из которой мы с младшим сыном проводили нашу страдалицу в последний путь.

За десять лет после смерти жены у меня ни разу не возникло желание жениться ни одной из женщин, с которыми состоял в разновременных связях. Даже на Жаннете, вернее Жанке, задержавшейся в моей холостяцкой жизни дольше всех.

Наша последняя встреча в офицерском собрании подтвердила правильность моего виртуозного лавирования между хитрыми Жанкиными ловушками.

Мои воспоминания прерывает изменившееся дыхание мой Данаи. Чувствую, красавица проснулась, но упорно продолжает делать вид, что все ещё спит.

Сначала думаю, что мне показалось, но спустя несколько секунд ощущаю на своей груди горячее дыхание и лёгкое движение её пальчиков по моим волоскам.

— Ах, ты — шалунишка, прикидываешься мышкой, думая, что кот тебя не заметит, — шепчу в область ушка Любаши и начинаю поглаживать её тело.

— Так, мужчина, уймите плоть Вашу, а то она слишком сильно упирается в меня. Того гляди и проткнет, — хихикая произносит Люба, целуя и мягко царапая своими короткими коготками мою грудь.

— Шалунья! Ах, плоть моя в тебя упирается! Ах, проткнет! Погоди, мышара, мы сейчас норку то твою проверим. Есть у меня чуйка, что мокро там, аж хлюпает, — с этими словами ладонью провожу по развилке ног своей Данаи, а там жарко и мокро.

Углубив пальцы на всю длину в мякоть плоти Любаши, пощекотав её точку G, достаю их и показывают своей милашке.

— Ну, что, красотка, поехали кататься! — демонстративно, слизывая с пальцев её смазку, произношу шепотом, наблюдая как от удивления распахиваются её зеленые глаза. — Эх, прокачу тебя, милая моя, сейчас с ветерком!

С этими словами подхватываю Любашу под попу, как пушинку, приподнимаю и легко насаживаю на свой член.

Наши покатушки в верхней позиции заканчиваются стремительным обоюдным страстным взрывом, после которого мы долго приходим в себя, успокаивающе лаская друг друга.

Спустя время, Любаша начинает искать что-то. Я, лежа с закрытыми глазами, понимаю, что женщина моя ищет телефон.

— Любаш, Анюта с Женей долетели до Бангкока, у них все нормально. Зять сообщение часа два назад прислал, — произношу, сгребая любимую в свои объятия.

— Странно, а я не слышала эсэмэс-уведомление, — с удивлением произносит Любушка. — И телефон не могу найти, вроде же клала его на тумбочку.

— Готов помочь тебе в этом вопросе за небольшую, но приятную плату, — говорю, подмигивая Любане, обхватывая ее аппетитные груди своими ладонями, и приникая к каждой по очереди губами.

— Вот, ты — шустрила, Степан Григорьевич, — хихикая, щёлкает меня по носу Люба. — Сам, видно, спрятал телефон мой, а теперь с меня мзду требуешь.