Разворот на восток

Когда товарищи генералы покинули помещение, дверь в приемную снова открылась, и вошла Нина Викторовна Антонова, как уже известно всему советскому истеблишменту, пользующаяся особым доверием товарища Сталина. А это значит, что разговор пойдет о чем-то таком, чего обычным советским гражданам знать не полагается, даже если у этих граждан большие звезды на погонах и петлицах. Круг людей осведомленных о том, что в нашем личном прошлом произошло в пятьдесят третьем, пятьдесят шестом и девяносто первом годах двадцатого века, предельно узок.

Вождь первого в мире государства рабочих и крестьян уже понял, что путь, начертанный для Страны Советов «гением» товарища Ульянова-Ленина, ведет ее к пропасти, на дне которой воют голодные волки, и никакие тактические выкрутасы, то есть гениальные решения, не способны изменить главного. Рано или поздно страна, разделенная внутри себя межнациональными границами, окажется разорванной на части сепаратизмом республиканских элит, которых все больше и больше будет тяготить главенство над ними союзного правительства. Но чтобы решить эту проблему, товарищу Сталину надо прожить лет на двадцать дольше (что вполне возможно), а также за это отпущенное время постараться основательно почистить ряды соратников. Это необходимо для того, чтобы, когда страну будут разворачивать на новый курс, ни в партии, ни в государстве не возникло никакой серьезной оппозиции.

С тех пор, как мы провалились на поля Великой Отечественной, прошло уже почти три года. За это время, решая первую задачу, лучший друг советских физкультурников бросил курить и перестал устраивать у себя на Ближней Даче заполуночные застолья для членов ЦК с обильными возлияниями. А зачем вождю гробить свое здоровье на таких посиделках, вслушиваясь в пьяную болтовню? Они все и так у него как на ладони. Он знает, кто останется ему верен при любых обстоятельствах, а кто предаст его сразу же после смерти. С первыми он еще поработает до определенного предела, а вторые по одному и группами отправятся в ад вслед за клоуном Никиткой.

И этот процесс неизбежен. Некоторые из партфункционеров, делающих карьеру ради карьеры, будут против изменения политики из опасений перераспределения полномочий не в свою пользу. Другие местные политические деятели именуют себя истинными ленинцами, а на деле являются самыми отборными троцкистами (кстати, наши американские Клинтоны и Обамы – тоже троцкисты, только в их американском буржуазном варианте.) Для этих людей существование России, даже в ее советско-союзном изводе, не является хоть сколь-нибудь значимой ценностью. С превеликим удовольствием они заменили бы ее на Мировую Республику Советов, построенную на англо-германском базисе, а русский народ отправили бы в топку истории.