1185 год. Восток - Запад

Появление Фридриха Барбароссы в Италии привело к обострению там политической ситуации — в банку со скорпионами как бы кинули суперскорпиона, который принялся жалить направо и налево.

Фридрих проявил себя как мудрый и решительный король Германии и в течение многих лет вел этот неладно построенный и постоянно бунтующий корабль уверенной рукой. Но как император он оказался несостоятелен, и не потому, что был глуп или недостаточно жесток: политические силы, противостоявшие ему, были могущественнее всех его устремлений. Воспитание и гордыня не позволяли ему отказаться от Италии. Но он не мог и покорить ее. По отдельности он побеждал папу, города и сицилийцев, но, когда они объединялись, Фридрих бывал посрамлен. К тому же он не получал поддержки остальных германских государей. В первую очередь это касалось могущественных северных князей. Владения бранденбургские, мекленбургские и саксонские[24] граничили с Балтийским и Северным морями — там находились их основные экономические и политические интересы. Их даже устраивали неудачи Фридриха в Италии, ибо они ослабляли его.

В отличие от североитальянских городов Рим был в тяжелом положении. В XII веке он казался лишь тенью древней столицы империи. В развалинах бродили нищие; многочисленные паломники, хотя и обогащали городских банкиров и торговцев, приносили в город преступления, грязь и болезни.

Рим не имел самоуправления. В городе находилась римская курия, то есть папский двор и управление вселенской церкви. Всех надо было кормить. Папские сборщики налогов стояли наготове, чтобы отобрать у горожан лишнее. Жители были фактически бесправны — им даже не разрешалось объединяться в цехи и гильдии: папская столица должна быть покорной.

Рим созрел для сопротивления. Но оно было несмелым, пока не появился вождь. Им стал Арнольд Брешианский, ученик великого философа Пьера Абеляра. Его вело стремление к справедливости, а более несправедливое место, чем папский Рим, трудно было отыскать. Арнольд выступал против накопления церковью богатств, против распутства священников, он ратовал за то, чтобы церковь ограничивала свою деятельность духовной сферой и отказалась от мирских богатств и стремлений. Перед тем как выступить со своей проповедью в Риме, он провел много лет в скитаниях, его обвиняли в ересях, отлучали, преследовали. Сведений об Арнольде сохранилось очень мало, и притом из уст его врагов, так что истину приходится искать не в их хуле (Бернар Клервоский именовал его не иначе как смертельным ядом), а в результатах его дел.

А он оказался умелым организатором. Он предложил римлянам демократическое устройство городской коммуны, сходное с устройством ломбардских городов. И его поддержала «чернь» — ремесленники и торговцы.