Восточное наследство

 — Можете брать любые продукты без спросу, вне зависимости, куплены они на ваши деньги или мои…

— Хочешь выпить? — спросила Фатима, откупоривая виски.

— Позвольте, я открою, — засуетился Миша. — Даме неудобно.

— Я тебе не дама. Катей меня зовут. Понял?

— Очень рад познакомиться, Катенька.

Чувствуйте себя как дома.

— За такие бабки я везде себя буду чувствовать как дома, — изрекла Фатима и плеснула себе виски в низкий квадратный стакан, галантно подставленный хозяином.

— Вы говорите о плате за квартиру? Помилуйте, неужели я себе позволю брать деньги за ночлег с девушки?

Фатима вытаращила на хозяина глаза:

— Я отдала Тангизу за хату сто баксов. Надеюсь, за две ночи этого достаточно.

Миша покраснел. Его плешь покрылась легкой испариной.

— Ваши расчеты с Тангизом меня не касаются. Я за ночлег денег не беру.

Теперь покраснела Фатима:

— Вот гнус! Хоть бы предупредил, что все себе захапал. Ладно, Миша, давай выпьем за знакомство. Я и не знала, что в Ташкенте еще живут такие лохи, как ты.

— Я слышал, вы любите музыку. В нашем доме прекрасная изоляция, можно включать громко, не беспокоя соседей. — Миша поспешил к музыкальному центру. — Вы какую музыку предпочитаете? У меня хорошая коллекция классики.

— Ты покажи, я тама покопаюсь. Можно в моей комнате закуску соорудить?

— Какие разговоры?! Я мигом… — Миша выскочил за дверь, точно мячик.

Фатима улыбнулась на прыть хозяина и принялась разглядывать кассеты. Когда по радио или по телеку давали серьезную музыку, она всегда переключала программу. Представить себе, что кто-то дома может держать подобные записи, Фатиме и в голову не приходило. Концерт Дебюсси с оркестром, дирижер фон Караян, Рахманинов, Глинка, Чайковский.

Она слышала эти имена, но они ничего ей не говорили. А тут, в этом странном доме у пузатого плешивого Миши, таких кассет навалом.

«Чего только не бывает на свете», — подумала Фатима.

Миша подкатил столик на колесах с закусками и бутылками. Кроме заказанного виски он выставил из своих запасов две бутылки сухого, бутылку коньяка и графинчик с вишневкой.

— Вот, нашел настойку. Еще мама делала.

Ее два года уже нет, один я на свете остался.

— Так всю жизнь с маменькой и прожил? — спросила Фатима, потягивая виски.

— Так получилось, — ответил хозяин.

— Всю жизнь без бабы? — не унималась Фатима.

— Была у меня девушка, но это длинная история, — сказал Миша и поставил кассету.

Комнату заполнили мощные звуки рояля. Затем вступил оркестр. — Чайковский. Рихтер играет. Удивительный музыкант, умный и чувственный. Редкое сочетание.

— Сделай потише и расскажи свою длинную историю. У нас времени хоть отбавляй.

— Что тут рассказывать. Она училась в консерватории. Тут, через дом. Я ее снимал.