Восставшая из пепла

Татьяна сбросила плед и покружилась перед ней по комнате.

– Вот теперь я вижу, что ты в норме, – с облегчением сказала та. – Только тебе не мешает помыться и переодеться. Пойдем-ка со мной.

И она провела ее на второй этаж.

Дом молодоженов Пожарских был очень красив не только снаружи, но и внутри: просторные, светлые комнаты, красивая, добротная мебель. Катя пригласила Татьяну в свою спальню и открыла перед ней шкаф, забитый одеждой.

– Выбирай шмотки, – весело предложила она.

– А удобно?

– Да что ты заладила? Конечно, удобно! Уж пару джинсов да несколько маек я смогу тебе подарить! У меня этих вещей…

– Моль харчами обеспечена на сто лет вперед! – сказал Олег, появившись в комнате.

Татьяна не сдержалась и расхохоталась. Катя недовольно поморщилась.

– От моего благоверного доброго слова не дождешься! – пожаловалась она Татьяне. – Одни только пакости! А вот мой папа, к примеру, до сих пор зовет мою маму волшебницей, хоть они и живут вместе уже почти тридцать лет!

Олег приблизился к жене и обнял ее сзади за плечи.

– Я тоже могу называть тебя волшебницей, – сказал он. – Баба-яга ты моя ненаглядная!

Катя резко пихнула его локтем в бок. Татьяна так и покатилась со смеху. Затем Катя выгнала Олега из комнаты и проводила девушку в ванную. Татьяна так и застыла на пороге. Ей никогда не доводилось видеть такой роскоши, только на картинках в глянцевых журналах. Огромная белая ванна с джакузи, сверкающий белизной кафель и большие зеркала до самого потолка. Кремы, шампуни и бальзамы ровными рядами стояли на полочках вдоль стен.

– Теперь я тебя оставлю, – сказала Катя. – Сама разберешься. А я пока пойду тебе постель постелю.

– Спасибо! – выдохнула ей вдогонку Татьяна.

Девушка включила горячую воду и набрала полную ванну. Затем стащила с себя прилипшую к телу, заскорузлую от крови одежду, сунула ее в корзину для грязного белья и подошла к зеркалу. Она повернулась вокруг собственной оси, пристально разглядывая свое отражение: на теле были только пятна засохшей крови и грязь. Ни единой царапины, ни одного синяка.

Тогда, чтобы проверить свою теорию, она взяла с полки маникюрные ножницы Кати. Немного поколебавшись, стиснула зубы и резко вдавила лезвие ножниц в свою ладонь. Тут же хлынула кровь, ранка оказалась довольно глубокой. Татьяна смотрела на нее во все глаза.

Кровотечение остановилось пару секунд спустя. По кисти разлилось то самое тепло, ладонь начало покалывать. А затем края ранки стянулись вместе. Через мгновение только свернувшаяся кровь на ладони указывала на недавний порез."

"Татьяна так и замерла перед зеркалом. Все происходящее казалось нереальным. Она положила ножницы на место и залезла в ванну.

Девушка нежилась в теплой воде не меньше часа, пока не начала засыпать.