Восстание

 — А впрочем, хорошо… Городок погляди как следует, потом расскажешь мне, как здесь люди живут…

— Обязательно расскажу, — сказал Никита и побежал в канцелярию.

На счастье Никиты пакетов оказалось много и во все концы городка. Он должен был побывать и в управлении дивизиона, и у дежурного офицера, и у капитана Бызова, разыскать взводного командира прапорщика Леонтьева, который был «где-то в городке», и зайти даже к заведующему баней.

Свобода передвижения и надежда на побег как бы переродили Никиту, и на все он сейчас смотрел новыми глазами: и на марширующих по плацу солдат, и на суетящуюся у пушек орудийную прислугу, и на офицеров, прогуливающихся по мосткам с видом скучающих бездельников.

Настроение у Никиты было веселое и такое легкое, каким не бывало все дни, проведенные в военном городке. Он даже засмеялся, увидев в сторонке от плаца, на бугорке с вытоптанной рыжей травой, цепочку разведчиков, которые, стоя на растопыренных ногах, изображали скачущих во весь опор всадников.

С шашками наголо, откинув корпус назад и делая вид, что в левой руке держат поводья, разведчики «пружинились» на полусогнутых коленях, как бы сотрясаемые невидимыми лошадьми.

Около каждого был воткнут в землю прут лозы. Эти прутья изображали неприятельских солдат, чьи головы следовало срубить на всем скаку.

Разведчики пружинились, а фейерверкер, косясь на прогуливающегося молодого офицера, отрывисто и громко командовал:

— Руби! Направо вниз, руби!

Шашки взлетали в воздух, падали вниз и со звоном спущенной тетивы срезали сочную лозу.

Срубленные прутья падали стоймя и, как стрелы, вонзались во влажную землю.

— Пружинь ноги! Не шагом едешь! — кричал фейерверкер. — Личность злей! Торопи коня! Не к теще на блины едешь, а на врага скачешь…

Разведчики стягивали брови, морщили лбы, приседали чаще.

Снова раздавалась команда «Руби!» и снова падали срезанные прутья.

Весело поглядывая на приседающих рубак, Никита прошел мимо и повернул к дому управления дивизиона.

Никита торопился. Ему хотелось поскорее разнести пакеты и выкроить для себя побольше времени, чтобы побывать на окраине военного городка, поразведать выходы из него и дороги к городу. Он считал каждую минуту, однако, приблизившись к казармам учебной команды, невольно замедлил шаги и остановился.

Перед казармой в пешем строю стояли еще невиданные Никитой солдаты в зеленых шинелях, рыжих ботинках и высоких фуражках с широкими козырьками.