Запретные воспоминания

Ее автора Влада узнала, потому что у него была крайне характерная манера письма. Более того, с художником Костей Корниловым она была знакома лично и иногда покупала его работы, потому что они ей нравились. В них было много воздуха и света, а вот пошлости не наблюдалось совсем, и Влада внезапно сильно обрадовалась тому, что у нее с Радецким совпадают вкусы в живописи.

Что еще? Рециркулятор для обеззараживания воздуха на стене. Кофемашина на низеньком шкафчике, за стеклянными дверцами которого белоснежные чашки, сахарница, коробка с печеньем и вазочка с конфетами. Рядом с кофемашиной алебастровая фигурка – бюст Черчилля, причем с медицинским респиратором на лице, данью времени. Интересно, почему именно Черчилль?

На рабочем столе Владимира Радецкого царил идеальный порядок. Системный блок с подключенной клавиатурой и мышкой, подставка под документы, несколько медицинских журналов, в том числе знаменитый «Ланцет», на английском, разумеется, а еще «Главный врач» и «Вестник хирургии имени Грекова». Влада смутно помнила, что это одно из старейших отечественных медицинских изданий, освещающее вопросы клинической хирургии, а также последние исследования, разработки и технологии. Интересно, Радецкий иногда практикует или окончательно ушел в администраторы? Надо будет у кого-нибудь спросить.

Еще на столе лежали ручка, набор разноцветных стикеров, телефон, небольшая пачка каких-то бумаг и расписание. Все. Идеальная рабочая поверхность, практически стерильная. Влада вспомнила свой офисный стол, на котором черт бы ногу сломал, и вздохнула. Она регулярно наводила на нем порядок, вот только уже к вечеру следующего дня хаос превосходил то, что было до этого. Влада предпочитала считать этот беспорядок творческим и никому из сотрудников прикасаться к чему бы то ни было не разрешала. Н-да, в этом они разные. Совсем разные.

Задумавшись, она совершенно не слушала, о чем идет речь. Собравшиеся обсуждали какие-то организационные вопросы, связанные с поставкой лекарств, питания для больных и закупкой новых медицинских костюмов для персонала. Всем этим ее фирма не занималась, а потому и сознание не цеплялось за ненужную информацию. Вот если бы они говорили про антисептики, то она держала бы ухо востро, или про медицинские перчатки, или про шприцы. А так нет, неинтересно. Наконец совещание закончилось и Радецкий распрощался с коллегами, в кабинете они остались втроем.

– Слушаю вас, – сказал он, жестом пригласив Владу за стол.

Она пересела, оказавшись напротив Олега, уныло разглядывающего сцепленные руки в ожидании неминуемого нагоняя. Докладывать она умела четко, выделяя главное, поэтому рассказ про экспертизу взятого керна и ее результаты оказался коротким.