Запретные воспоминания

Впрочем, все это, конечно, очень интересно, только совершенно непонятно, при чем тут Нежинская. То, что эти мерзавцы нагрели государство на полмиллиарда рублей, очевидно, вот только могла ли эта старая и покрытая архивной пылью информация спустя двадцать лет стать поводом для убийства?

– В том-то и дело, что да, – торжественно сказала Полянская. – Просто это вторая часть истории. Конечно, продажа четырех военных истребителей была той еще аферой, и, как и в любой махинации, обязательно были те, кто на этом заработал. Более того, вряд ли командир военной части в Аксеново был мозгом всей операции. У него эти самолеты списанными и неразобранными стояли два года, а это значит, что Корнилов не мог самостоятельно выйти на покупателя. Тем человеком, который организовал и провернул всю сделку, а главное – вывел полученные от нее деньги на безопасный счет, был бывший второй секретарь обкома, потом заместитель губернатора, к тому моменту окончательно переквалифицировавшийся в бизнесмена Андрей Леонидович Нежинский.

– Да, примерно так убиенная Ираида Сергеевна и рассказывала случайной знакомой из соседней палаты, – задумчиво согласился Радецкий. – Неужели вы нашли подтверждение этому факту?

– Если бы эта сделка века проворачивалась сейчас, то было бы, разумеется, проще, потому что следы всего есть в интернете. В начале двухтысячного года, к сожалению, следов практически не оставалось, но в архивах есть все, надо только уметь искать, а я умею, – без тени ложной скромности заверила Полянская.

– Не сомневаюсь, – Радецкий позволил себе усмехнуться."

"– Я нашла документы, свидетельствующие, что в августе 2000 года, когда вся шумиха с проверкой в воинской части и заведенным уголовным делом была позади, подмосковная компания «Металлснаб» перевела зарегистрированной в нашем городе фирме «Беркут» 400 миллионов рублей. Деньги поступили тремя траншами. Как мы помним, выгода от липового аукциона могла составлять примерно полмиллиарда, так что оставшиеся на счету «Металлснаба» сто миллионов, скорее всего, были платой за посредничество.

– Двадцать процентов? Нехило.

– Да, в наши дни о такой марже остается только мечтать, но в те годы это была вполне себе нормальная сумма за услуги такого рода. Я специально посмотрела курс валют на август двухтысячного. Доллар торговался грубо по двадцать восемь рублей, таким образом, лихая компания, замутившая всю эту сделку, получила на счета «Беркута» около четырнадцати миллионов долларов. Согласно открытым базам данных, единственным учредителем и директором «Беркута» был Андрей Нежинский.

– Один списал самолеты, второй сделал так, чтобы уголовное преследование закончилось ничем, а Нежинский вывел деньги и спрятал их на счетах в швейцарском банке.