Восьмое правило дворянина

 — Сейчас как раз такой момент, когда очень нужно пораскинуть мозгами.

Василиса подошла ко входу в комнату и осторожно заглянула внутрь.

— Соловьева, вернись обратно, — сказал я. — В этом прекрасном месте слишком много смертельных сюрпризов.

— Ну надо же понять, что это такое… — ответила она.

— Языка нет, а правду расскажут, — сказал вдруг Любомир и это были первые слова, которые он произнес за весь сегодняшний день.

— Что ты сказал? — спросил я у него. — Ты давай как-то конкретнее! Если понимаешь в чем дело, то говори, что делать нужно, все загадками какими-то разговариваешь…

Щетинин посмотрел на меня, но лишь пожал плечами в ответ. Видимо, все что мог, этот парень уже сказал.

— Володя, зачем мы этого Энштейна с собой тягаем, я понять не могу? — пробурчал Минин. — От него толку, как…

— Погоди-ка, — перебила его Василиса. — Языка нет, а правду расскажут… Это ведь он про зеркала говорит, верно?

— Черт его знает, — пожал плечами Алексей. — Лично мне кажется он и сам не понимает, что говорит.

— Да нет, он-то как раз понимает, — отмахнулась от него Соловьева. — Это загадка такая: языка нет, а правду говорит и ответ на него — зеркало, что неясно?

— Ничего, — ответил он.

— Ты думаешь нужно посмотреть в зеркало? — спросил я у нее.

— Да, — кивнула она. — Не просто посмотреть, а войти внутрь и посмотреть. Во всяком случае, именно так я намерена поступить.

— Почему ты? — спросил у нее Сазонов. — Ты же понимаешь, если с тобой что-нибудь случится, то…

— Мирон, наверное потому, что Дар некроманта здесь у меня, а не у вас. Именно поэтому я могу что-то увидеть там, чего вам не дано.

— Я пойду с ней, — сказал я. — Ну так, на всякий случай. Василиса правильно говорит — у нее особый Дар и именно поэтому она здесь, собственно говоря. Пусть занимается своим делом — кроме нее это все равно никто не сделает.

— Ну ты вообще отлично придумал, — покачал головой Сазонов. — Моя группа здесь для того, чтобы с вами ничего не случилось, и вы оба идете в эту долбанную комнату. Просто отлично!

— Если хочешь, можешь пойти с нами, — предложил я ему. — Как старший операции, я не возражаю.

— Пойду, даже не сомневайся.

— Ребята, мы идем? Что там может случиться?

— Я первый, — шагнул вперед Мирон и не дожидаясь нас вошел в комнату.

Гром не грянул. Скажу больше — вообще ничего не произошло.

— Обыкновенная комната с зеркалами, — громко сообщил он нам то, что мы и так прекрасно видели.

Я пошел следом за ним, а последней вошла Соловьева. Мы осмотрелись по сторонам, и я не увидел ничего необычного. Это действительно была просто комната, в которой мы из каждого зеркала видели себя.

Хотя нет, кое-какая странность все же была.