Воскрешенный любовник

Знаешь, он же всегда думает только о себе.

— Он часто бахвалится… И это бывает забавно. Но у него чистое сердце.

— Он сказал, что больше никогда не пойдет в «Одуванчик».

— Там мило. Мне понравились цветы. — Она нахмурилась. — Это была моя последняя фраза тебе.

— Я помню только, как вышел из клуба и увидел мужчину на тротуаре, вышибалу. Ты была внимательна к нему. Села на колени, а потом раздались выстрелы. — Нэйт покачал головой. — Боли почти не было. Я думал, что когда умираешь… должно быть больно.

— Я не знаю.

Снова повисла длинная пауза.

— Рэйвин?

— Да?

— Рэйвин, ты как я? В смысле, я такой же, как ты?

Она сосредоточилась на нем, отмечая его красивое лицо… но вспоминая при этом, что с ним делали в лаборатории. Воистину, она была в его голове, но не потому что искала там что-то, а потому что он пригласил ее, проявляя чувства. Благодаря проявленному к ней сочувствие, Нэйт создал между ними связь, через которую транслировал свое прошлое.

Она была в ужасе от того, что ему пришлось пережить.

— В какой-то степени я очень похожа на тебя, — сказала она тихо.

Нэйт кивнул. А потом посмотрел ей в глаза.

— Обещай, что не уйдешь, не попрощавшись со мной.

Понимая, на что она его обрекла, Рэйвин не могла ответить иначе. Протянув руку через стол, она накрыла его ладонь своей.

— Обещаю, — поклялась она.

Глава 43

В итоге Эрика оставила серебряную «Хонду» в паре кварталов от управления ОПК. Закрыв ее, она забрала ключ, а потом пошла пешком, с удивлением наслаждаясь чистым весенним воздухом. В центре города могло пахнуть как под волосатой подмышкой… особенно в августе возле ресторанов, когда «Дампстеры» переполнялись разлагающейся едой… но не сегодня. Даже с проезжающими мимо грузовиками и легковыми автомобилями, а также несмотря на курящих пешеходов, она ощущала запах земли и прорастающей зелени."

"Добравшись до своей работы, она помедлила, окинув взглядом здание. Оно было современным, но не в плане архитектурной стилистики. Современность для здания управления Полиции Колдвелла заключалась в рядах окон, которые невозможно было открыть, отсутствии какого-либо декора и дизайна, а еще в шести выходах с металлодетекторами. Как правило, почти каждое муниципальное здание было возведено в шестидесятых.

И вместе с тем это здание много значило для нее.

Разговор с Трэем открыл ей глаза. Или, может, свежий угол зрения возник после того как Бальтазар этим утром так просто принял ее внутреннюю разруху. Так или иначе, сейчас она смотрела иным взглядом.

Сама мысль, что она имеет значение для окружающих ее людей? В какой-то степени — бальзам на ее израненную душу… который она неосознанно накладывала на шрамы внутри себя.

Отдушина, которую она определила на уровне инстинктов и которой проводила самолечение.