Восхождение Примарха 6 (СИ)

— Вы хоть можете мне человеческим языком объяснить, что произошло и чем закончилось? — попросил Ярослав Иванович чуть ли не умоляющим тоном.

— Что, — поинтересовался Державин, глядя на монарха, — слишком уж фантастически всё выглядит?

— Хуже того, — пожаловался император, бросая взгляд на закрытую дверь кабинета, словно всё ещё провожая предыдущего посетителя. — Я понять ничего не могу. Слова вроде бы все наши, а в предложения не складываются.

— Хорошо, я попробую, — согласился Игорь Всеволодович и рассказал всё с самого начала и почти до конца.

Умолчал он лишь о тех моментах, которые и сам не знал полностью. То есть о самой битве со Стивеном они с Никитой ещё не разговаривали, и там о чём-то можно было судить лишь по косвенным фактам.

— То есть мы победили? — уточнил Ярослав Иванович, когда Державин закончил.

— Всё так, — кивнул тот, стараясь сохранять ясность мысли. — Враги повержены, а слава победителей воссияет вовеки.

— Вы как-то странно все выражаетесь, — подытожил император. — Но, в целом, картина стала яснее.

— Это от лечения, — сказал Игорь Всеволодович, удобнее устраиваясь в кресле. — Мы же все на грани смерти были, нас буквально только что из Нави вырвали.

— Тогда ясно, — кивнул император и задумался, как корректнее задать следующий вопрос. — А скажи, это правда, что Никита потерял в битве весь магический потенциал?

— Не знаю, как насчёт всего, но источника и эфирного сердца он лишился, — кивнул Державин, размышляя, зачем эта информация его собеседнику. — Так сказать, эта часть его магической структуры выгорела полностью.

— Что ж… — Ярослав Иванович поджал губы и встал с кресла, затем вышел из-за стола и принялся прохаживаться по кабинету, как делал в те моменты, когда надо было принять особо сложные решения. — Печально, печально, — он сделал ещё несколько шагов в одну сторону, затем в другую и остановился напротив посетителя. — Я надеюсь, вы понимаете, что это значит? — спросил он, глядя Державину в глаза.

— То, что Никита вновь доказал, что он — герой, самоотверженно спасая не только нас, но и фактически всех магов планеты от безжалостного маньяка. И сделал это, невзирая на потери, — ответил Игорь Всеволодович, предполагая, что это единственно правильный ответ.

— Это всё так, — кивнул император, а затем цокнул языком. — Но дело в том, что магический инвалид, будь он сколько угодно раз героем, не может жениться на принцессе империи.

Державин, который готовился к получению Никитой каких-то званий и титулов, просто обмяк в кресле и смотрел на императора, не говоря ни слова.

— Вы поймите, дорогой мой, — словно оправдываясь за собственные слова, продолжал монарх, — интересы короны требуют того, чтобы консорт-император был не просто хорошим человеком, а сильным магом.