Восхождение язычника 5 (СИ)

Хотя, возможно, если бы я и ударил в полную силу, бы выжил, все же он крепче обычного человека.

Медведя тут же вжало в землю и распластало.

— Я победил, — вырывается из меня.

— Ра-а-а, — вновь зарычал медведь то ли от боли, то ли от ярости. Опираясь на культи, из которых так и шла кровь, он рывком поднялся на задние лапы и двинулся на меня, оскалив пасть, с которой капала пена.

— Да что же ты не угомонишься-то? — пробормотал я, отступая.

Может, он и не сможет обхватить меня передними лапами в связи с их отсутствием, но очень даже может на меня просто упасть, а после и впиться своими немаленькими зубами. Массы же в оборотне, на мой взгляд, было не меньше трех центнеров.

Судя повсему, Гарму уже было плевать на поражение или победу, он хотел лишь добраться до моей мягкой плоти и отыграться, он рычал и ярился, продолжая на меня наступать.

— Ну, ты сам этого захотел, — крикнул я и замер на месте, подняв руку, с которой в тоже мгновение сорвался воздушный таран.

Несмотря на вес Гарма, его тут же снесло метра на три от меня и еще метра два протащило по земле.

Я облегченно выдохнул, оборотень был жив, хоть и досталось ему сильно. Из его пасти хлынула кровь, он ярился и рычал, пытаясь подняться опираясь на культи, но у него ничего не получалось.

Медленно и не спеша я подошел к поверженному противнику, Гарм же начал еще больше яриться при моем приближении, рев стоял на весь лес.

— Ты проиграл, Гарм, ты сам говорил, что у вас ценят силу. Я сильнее! — В моем голосе не было ни капли насмешки, лишь констатация факта.

Не знаю, что услышал в моем голосе Гарм, но он замер и начал тихонечко подвывать и порыкивать.

— Что это с ним? — громко спросил я и обернулся к своим людям.

Малый Вепрь тут же перевел мой вопрос, обращаясь к оборотням, которые начали подходить к Гарму и возлагать на него руки.

Седой старик, который остался в стороне, что-то ответил.

— Они говорят, он поёт песнь смерти и готовится встретить предков.

— О как, — пробормотал я себе под нос. — Ишь чего удумал, — хмыкнул я.

— Переведи им, что Гарм проиграл, и теперь его жизнь принадлежит мне, рано ему уходить к предкам, — прокричал я и, дождавшись, пока мои слова переведут, подошёл ещё ближе к хрипящему оборотню.

— А ну разойдитесь, — рыкнул уже я на соплеменников Гарма, и возложил руки на лохматую и лобастую голову, принялся погружать его в сон.

Усыпить оборотня было трудно, и силы на это я потратил изрядно.

— Дален, неси обрубки, — не оборачиваясь, прокричал я, осматривая медведя.

«Поломал я его изрядно»,— промелькнула у меня мысль. Когда Дален принёс обрубки лап, я приступил к лечению, которое выдалось весьма затратным, и я почти до нуля опустошил свой источник.